В бывшем подвале с черным ходом и мутными лампочками открывается необычный мир — холодные утром минералки и умудренная старая собачка Сашка, который всегда знает правду. Здесь каждый день полон загадок и неожиданных открытий.
Сам он был способен цитировать разве что непосредственное начальство.
– Высади меня здесь, я хочу заглянуть в парикмахерскую.
Мы расстались, довольные друг другом. Я позвонила Лялину, решив еще раз злоупотребить его хорошим ко мне отношением.
– Сделай доброе дело, проверь, нет ли за мной “хвоста”?
– Правильно говорят: открой бабе дверь, через пять минут она окажется в твоей спальне.
– Мечтать не вредно.
– Хорошо, скажу иначе: позволишь цапнуть за палец, отхватит полруки. Тошно мне от тебя, просто тошно.
– Потерпи. Может, и я на что-нибудь сгожусь?
На этой оптимистической ноте мы простились, и я поехала домой.
Весь следующий день я безвылазно просидела в квартире в компании двух телефонов и Сашки, косилась на телефоны и успокаивала себя. Рагина могла обнаружить визитку не сразу, опять же, ей необходимо время, чтобы все обдумать.
Наконец она позвонила.
– Ольга Сергеевна? – Женский голос в трубке звучал как-то резко.
– Слушаю вас.
– Я… вы мне визитку оставили…
– Да-да.
– Вы написали, чтобы я была очень осторожна и молчала, – после паузы добавила она.
– Вы из дома звоните?
– Нет. От соседки.
– Правильно, – порадовалась я. Просмотр боевиков дает положительные плоды, наши граждане поднаторели в конспирации не хуже Джеймса Бонда.
– Почему вы это написали?
– Вы отлично знаете, почему. Когда произошла трагедия, вы были в доме. Я это знаю точно. Думаю, не только я. Поэтому вам и надлежит быть очень осторожной. До тех самых пор, пока у меня не будет чем прижать этих людей.
– Я не понимаю, о чем вы говорите.
– Не понимайте. Главное, будьте осторожны.
– Но ведь этот человек, с которым вы приходили, он из милиции?
– Да. Но это ничего не значит. Она вздохнула и повесила трубку.
Два дня ничего особенного не происходило. Я часто показывалась в конторе, демонстрируя свою счастливую физиономию. Лялин меня порадовал: “хвоста” за мной нет, но было ясно – искушать судьбу не следует.
Мы с Вешняковым по зернышку собирали факты.
На третий день все полетело к чертям. В одиннадцать утра позвонил Лялин.
– Детка, домработница Игнатова покинула квартиру матери с чемоданом и безумным лицом. На такси проследовала до железнодорожного вокзала, взяла билет до Москвы.
– О черт, – выругалась я.
– Вот именно. Час назад у Рагиной был гость.
