— Под нами на расстоянии трехсот футов отсюда подземная река встречается с потоком Крови Нишака, и получается пар, который поднимается из этого колодца. Пар встречался с теми лезвиями, установленными крест-накрест на большом металлическом стержне, который достигает третьего уровня башни. Интересная загадка, не правда ли?
Лирну поразила уверенность, излучаемая лицом такой молодой женщины, к тому же она говорила на языке Королевства без малейшего акцента. В ее пристальном взгляде почти не было заметно любопытства.
— Пар заставлял ножи вращаться, — ответила Лирна. — Получалось что-то вроде мельницы.
— Именно. — Молодая женщина широко улыбнулась. — К сожалению, те лонакхим, которые впервые пришли сюда, не ценили подобные секреты. Ножам суждено было стать куда более полезными для быта кастрюлями и сковородами, а огромный железный стержень переплавлен на наконечники копий. Лишь когда я приказала очистить колодец от камней, прояснилось истинное назначение ножей. В каждом новом перерождении я обещала себе, что велю сделать новые лезвия, мечтая увидеть, как они начнут вращаться, но так и не сделала этого. — Она перевела взгляд на девушку, скорчившуюся у ног Давоки. — Вечно что-нибудь отвлекает."
"— Но для чего она была нужна? — спросила Лирна. — Энергия, производимая ножами?
— У меня нет ответа. Стержень оканчивался большой шестерней, но то, что она вращала, рассыпалось в пыль сотни лет назад. Я подозреваю, что все это как-то связано с обогревом пещер в горе над нами. — Несколько мгновений женщина молча смотрела на дрожащую Кираль, затем подняла взгляд на Давоку и перешла на лонакский: — Это тело твоей сестры?
— Да, Малесса.
— Если я верну ее, она будет… иной. Я говорю не только о шрамах. Ты понимаешь, о чем я?
— Понимаю, Малесса. Я хорошо знала сестру. Она предпочла бы вернуться к нам, чего бы это ни стоило.
— Как пожелаешь, — кивнула Малесса. — Тогда веди ее.
— Нет! — взвизгнула Кираль, попытавшись уползти.
Давока рывком подняла ее на ноги и потащила к колодцу.
— Думаешь, эта тварь меня боится? — спросила Малесса у Лирны. — Ошибаешься. Вовсе не я ее пугаю, а наказание за неудачу, которое последует, когда я верну ее в пустоту.
Кираль продолжала вопить, захлебываясь ужасом. Она умоляла, брыкалась, плевалась, ругалась. Все было бесполезно. Давока подтянула ее к краю колодца, пот градом тек с обеих женщин. Малесса подошла к Кираль, но Лирна не заметила ни капли пота на ее лице. Она протянула руку за склянкой, стоявшей на краю колодца, — маленьким пузырьком из дымчатого стекла с темной жидкостью.
— Дай ее руку, — сказала Малесса Давоке, вытаскивая пробку.
Лирна увидела парок, поднявшийся из склянки, и почувствовала нестерпимую вонь.