Любой, кто не сможет или не пожелает отречься от своих еретических воззрений, будет выслан за стены к своим безбожным собратьям».
Она смерила священника взглядом. Тот отвел глаза и надменно вздернул свой перебитый нос.
— И это, по-вашему, должно нас спасти? — спросила она.
— Слова Чтеца предназначены были только для владыки фьефа…
Он дернулся, как от удара, когда Рива разорвала пергамент надвое и швырнула на пол.
— Пошел вон, пес, — сказала она. — И если ты еще раз заявишься надоедать моему дяде болтовней этого старого дурака, ты на своей шкуре узнаешь, что сделают безбожники, стоящие у наших стен, с такими святыми ослами, как вы двое."
"Священник хотел было что-то ответить, но прикусил язык, развернулся и пошел к выходу.
— И передай своему Чтецу, — крикнула она ему в спину, — что, когда все закончится, ему многое можно будет простить, если он назовет имя того отродья, которое меня воспитывало.
* * *— Это было ужасно, да? — спросила Велисс.
Они сидели в библиотеке вдвоем, пока ее дядя отдыхал в своей спальне. Визит священника потребовал от него долгих речей и слишком утомил владыку: ему пришлось принять настойку красноцвета. Велисс дежурила у его постели, пока он не заснул.
Рива сняла кольчугу, удивившись тому, как провоняла потом ее одежда всего за несколько часов. Она лежала на кушетке у камина, а Велисс сидела напротив, глядя так пристально, словно пыталась рассмотреть скрытую рану.
— Мы отбили атаку, — ответила девушка. — Штурм дорого им обошелся, но завтра они вернутся.
— Я видела много крови, — сказала Велисс. — Да и самой приходилось ее проливать, но войны я еще не видела.
Рива вспомнила о раненых варитаях, ползавших внизу, в то время как тысячи людей на стенах радовались их смерти.
— Да, это было ужасно.
— Тебе не следует драться, Рива. Ты нужна этим людям, и незачем рисковать…
— Я должна. И я буду. — Она твердо взглянула в расстроенное лицо советницы, внезапно осознав, что улыбка Велисс ей нравится гораздо больше. — Извините, я наговорила вам кучу всякого… Всяких грубостей.
— Ничего, мне случалось слышать вещи и похуже. Сука, блудница, лгунья… Шпионка. При том что все это правда. Так что не беспокойся о моих чувствах, детка.
— Зачем же тогда вы остались? Сейчас могли бы быть далеко отсюда, да еще и при деньгах.
— Я просто не могу сейчас его покинуть.
Рива села, потирая ноющую руку. Натягивать лук из горного ильма было трудно, но в горячке боя она не замечала боли.
— Как давно вы уже вместе?
— Мы встретились в Варинсхолде много лет назад, твой дядя гостил при королевском дворе. Он был аккуратным и щедрым клиентом, поэтому, когда ему пришло время занять кресло владыки, я по нему скучала.