— За все эти годы, что мы давали тебе убежище, кормили, обучали и — не забывай об этом — терпели тебя, разве мы требовали от тебя платы?
— Учитель, я…
— Знаешь, как мы поступим? — Ваэлин забрал нож из руки юноши и протянул обратно лезвием вперед. — Держи его вот так и со всей силы бей рукояткой пониже уха. Если не свалится с первого раза, ударь еще.
Лоркана передернуло, но он все же принял нож, затем повернулся и пошел туда, где светились огни воларского лагеря. Не пройдя и нескольких шагов, юноша обернулся.
— Учитель, если я не вернусь, передайте Каре… — Он запнулся, на губах появилась вымученная улыбка. — В общем, скажите, что я умер как герой. Она, конечно, не поверит, зато может хоть раз улыбнется наконец.
И, нисколько не таясь, пошел дальше. Его стройный, совершенно непохожий на невидимку силуэт темнел на фоне бледно-оранжевого заката. Парень прошел пятьдесят шагов, когда Ваэлин услышал, как удивленно охнул Адаль и тихонько забубнили гвардейцы. Ваэлин нахмурился, поскольку по-прежнему видел только молодого человека, идущего через поле.
— Теперь уже скоро. — Норта наложил на тетиву стрелу и пошел за Лорканом. — Мы постараемся защитить рабов, а вы приходите, как только услышите шум.
— Но его же видно, — сказал Ваэлин, кивая на удаляющуюся тень Лоркана.
— Правда, что ль? — ухмыльнулся Норта, оглядываясь. — Лично я никого не вижу. — Пригнувшись, он двинулся вперед, Снежинка скользила в высокой траве бок о бок с ним.
— Он правду говорит, милорд, — прошептал Адаль. — Пацан просто… взял и исчез.
Они дождались, пока небо над горизонтом не почернело: звезды загорелись в безоблачной пустоте, а месяц окрасил колышущуюся траву бледно-голубым.
— Э-э-э… Милорд!
Ваэлин посмотрел на Адаля. Тот протягивал ему меч рукоятью вперед, при этом лезвие лежало на его предплечье."
"— Благодарю за заботу, капитан, но — нет. Мне кажется, этой ночью меч мне не понадобится.
Крепко завязанный холщовый сверток все так же был приторочен к седлу Огонька.
Вскоре послышались крики, захлебнувшиеся в протяжном рычании Снежинки. Ваэлин пустил коня в галоп, гвардейцы последовали за ним, и через несколько ударов сердца они уже были в воларском лагере. Вылетев на середину, Аль-Сорна увидел травильного пса с разорванным горлом. Снежинка отшвырнула собаку мощным ударом лапы и оглянулась вокруг в поисках следующей жертвы. Между повозками валялись трупы: некоторые пронзенные стрелами, но бóльшая часть врагов явно успела пообщаться со Снежинкой. Несколько воларцев еще пытались сопротивляться, размахивая своими кнутами и короткими мечами, однако отпор был быстро подавлен: кого-то зарубили, а остальные подняли руки, надеясь на пощаду.