– Не совсем так, как мы планировали изначально, но всё равно неплохо. Глянь-ка воо-о-он туда.
К этому моменту я уже отпустил контроль над зомби Димоном, и тот безвольно повис на упряжи, как марионетка на ниточках. Понять, что за эмоцию испытал Голубицкий глядя на него сложно, – серьёзно, – но явно что пытался сдержаться от ярких проявлений. Несколько секунд внутренней борьбы прошли в молчании, а потом:
– Спасибо, – лысый протянул мне руку.
– Влады-ы-ы-ыка! – тут из-за ближайшей избы выскочил Додя и понёсся мне навстречу.
Интересно… и очень-очень внезапно. Ведь последний раз, когда я видел Верховного Жреца, у него была только одна нога. Точно! Могу поставить на это всё что угодно, и эффект Манделы исключён.
Сперва мне подумалось об альтернативной физиологии гоблинов и о том, что раз уж зеленокожие умеют впадать в анабиоз, то может им и конечности регенерировать под силу? А потом пригляделся повнимательней.
Сэр Додерик бежал на протезе, в котором угадывался жуткий кадавр из швейной машинки, миксера, колышков от палатки и резиновой галоши. И так это всё ловко работало. Колено сгибается, стопа тоже…
– Владыка, ты вернулся!
– Откуда у тебя нога? – вместо приветственных объятий сразу же спросил я.
– Это? – гоблин поглядел на протез. – Игорь сделал.
– Ага! Это ты ещо руку вождя не видал, Владыка!
Понятненько… Значит починка магнитофона – это не разовая акция, и чем дальше, тем наш Избранный становится всё Избранней. Так что надо бы, наверное, уделить гоблинёнку побольше времени и внимания. Направить его таланты в нужное русло, так сказать.
Вот только не сегодня.
– И всё же? – спросил Андрей. – Как прошло, какие итоги, что будем делать дальше? Предлагаю собирать совет немедленно. В большом зале уже всё готово.
– В большом зале? – улыбнулся я. – А у нас теперь и большой и малый есть?
– Стоп! – остановил я Голубицкого. – При всём уважении, Сиятельство, но завтра. Всё завтра, а сегодня я устал дальше некуда и… кста-а-а-ати! А точно ведь! Позволь представить тебе Елизавету Евграфовну Харламову.
– Што? – до сих пор Лиза молча переваривала происходящее, и только тут начала реагировать на внешние раздражители.
– Или Харламову-Мендель? – уточнил я. – Мы ведь насчёт фамилии не успели договориться. И про семейный бюджет не условились. Ты как вообще, Лиз, работать собираешься?
– Короче, Андрюх, – я перевёл взгляд на графа. – Я тут внезапно женился и у меня сегодня брачная ночь, так что не обессудь. Всем спасибо, ребят! Увидимся завтра!
С тем я взял дезориентированную Елизавету Евграфовну под ручку и повёл к своей избе. Да, возможно, баронесса не так представляла себе романтику, но… раскладушка – это ведь как минимум интересно. А как максимум – у нас есть трон.