Эдак я сам себя подставлю – вместо спасителя стану отморозком, который притащил в Новый Сад дикарей. И на самом деле, я уже был в одном шаге чтобы от неё отказаться, но тут:
– Доченька!? – раздался крик откуда-то позади.
А затем на моих глазах произошло воссоединение Карякиных. И да, городские гоблины подоспели как нельзя вовремя…
– Харон, нам надо поговорить.
– Мне обязательно нужно этим с кем-то поделиться.
– Это очень странно…
– Да что случилось-то!?
– Кажется, – Женёк набрал полную грудь воздуха. – Кажется, мы с Карякиной встречаемся.
– М-м-м, – кивнул я. – А я женился.
Вокруг нас бушевала толпа. Правда, толпа была гоблинской и низкорослой, и мы с Удальцовым над ней возвышались. Не в метафорическом смысле, – типа превосходство, все дела, – а в самом что ни на есть прямом. Площадь и ближайшие улицы поверх голов просматривались на отлично.
Городские гоблины шеренгой проходили по подъёмному мосту на стоянку и насколько я могу судить радовались. Рожи довольные, плечи расправлены, и общая модуляция у гомона, что называется, мажорная, – местами даже смех звучит. А понять их можно. Во-первых, закончился длинный переход с места на место. Во-вторых, их не обманули.
Обещали болотный город и вот он, пожалуйста. Большой Стоян УЖЕ ах как хорош, а то ли ещё будет впереди.
Переживём сегодняшний день, а уж дальше завертится. И главное сейчас убедить городских в том, что им необходимо участвовать в вечернем рейде на Новый Сад, потому что болотные стопудово накосячат. М-м-м… Да, согласен. По идее все они уже негласно присягнули на верность Владыке в тот самый момент, когда наша команда мечты вытащила их со свинофермы. И теперь, согласно присяге, должны делать то, что им велено, но… всё-таки они умнее, и с ними надо бы потоньше. Надо лишний раз закрепить их положение покорных миньонов так, чтобы у них не возникло возражений.
Есть одна мыслишка. Сугубо пряничная, безо всяких кнутов.
– То есть как это женился? – переспросил Удальцов. – На ком?
– На Мендель, – просто ответил я.
А про себя вдруг впервые задумался. Как интересно получается: фамилия моей супруги склоняется только если речь идёт о мужском представителе рода или о множественном числе. Менделя, Менделю, Менделей, Менделям. И становится похожей на воровское погоняло, если попытаться склонить её в контексте женщины. «Про Лизку Менделю ходят слухи». «Лизке Менделе дали условку».
И надо бы её всё-таки сменить на Харламову. Хм-м… пожалуй, как возьмём город, нормальную свадьбу сыграем. И брат её успокоится, и я не против. Спустя неделю совместной жизни на болоте девушка расслабилась и стала именно такой, какой я запомнил её во время нашего первого знакомства. Очного я имею ввиду, а не того, во время которого сэр Додерик пытался принести её в жертву.