Но с этим мы справились быстро: Карякин, Батяня и несколько людей Голубицкого уже выехали в город. «Такси Харон» теперь под прицелом, оленегаторов им придётся оставить на опушке и вернутся они лишь к вечеру; вот там уже и будем решать.
С другой стороны, собрание совета было необходимо с символической точки зрения. Ведь сколько всего произошло! Смерть князя, освобождение городских гоблинов и прочее, прочее, прочее. Плюс влияние Опездолов следовало несколько притушить, ибо Владыка снова здесь. Владыка рулит, решает и командует парадом, – некоторые могли об этом позабыть.
– Мшищи, – я ещё раз покатал слово по нёбу. – Нет, плохо. Представьте, как это слово будет прописью смотреться. Там даже врач не расшифрует.
От гоблинов на собрании присутствовали Додя, Жабыч, Розочка, Игорь, – я настоял, – и ещё несколько зеленокожих инфлюенсеров. Кто они такие и чем занимаются ни имею ни малейшего понятия, но раз вождь сказал что надо, значит надо.
И кстати, про вождя. Новая ручища у Жабыча была просто загляденье. Худенькая в районе предплечья, – здесь Игорю опять пригодились колья от палаток, – она постепенно увеличивалась и обрастала деталями, а вместо кулака заканчивалась мясорубкой. Настоящей, блин, мясорубкой. Старой такой, ручной, свёрстанной целиком из нержавейки.
Да, с прикладной точки зрения эта модификация Жабыча была не так страшна, как тот же гигантский топор, которым он обычно машет. Но было в ней что-то… деморализующее. То есть от одного вида этой руки-мясорубки противник должен был уразуметь, что вождь Разящего Весла – отбитый на голову садюга, и лучше бы с ним не связываться.
– Владычинск! – в азарте крикнул сэр Додерик.
– А может быть что-то связанное со стоянкой?
– Стоячинск!? – посыпались названия. – Стоючинск!? Стойск!? Стойинск!? Стоянкоград!?
– Большой Стояк! – вдруг крикнула Розочка, которая до сих пор не накинула ни единого варианта, а тут вдруг разродилась.
Крикнула, значит, а потом улыбнулась всем собравшимся. Кто-то из собравшихся смутился, кто-то пришёл в ужас, но равнодушным не остался никто. Особенно учитывая, что по лицу главы Инквизиции сразу не понять: то ли она включилась в мозговой штурм насчёт названия города, а то ли просто выкрикнула то, что ей сейчас на ум пришло.
– Хм-м-м, – а вот я задумался. – Вообще неплохо. Название отражает эдакую мужскую силу, а значит и всё мужское в целом: агрессивность, доблесть, честь, прямолинейность… Вот только «Стояк» это уж как-то совсем в лоб.