Когда он взял маску и ступил на путь к власти, все казалось простым и легким. Но это дело вытянуло его на край земли законов. Возможно, оно было последней каплей для человека, готового перейти от убийства до самоуничтожения.
— Только потому, что у вас есть какие-то свои планы? Я не хочу больше оставаться на этом острове ни одной лишней минуты. Завтра утром, как только мне разрешат, я улечу отсюда первым же рейсом. Улечу и никогда больше здесь не появлюсь.
— Правильно, — кивнула Агнесса, — и вообще нужно продать эту виллу.
— Зачем продавать? — рассудительно спросил Горлач. — Ее можно сдавать в аренду и получать большие деньги. Здесь прекрасное место для отдыха.
— Не нужно, Юрий, говорить об этом, — попросила Агнесса, — это страшное место.
Горлач промолчал, не решаясь спорить. Дронго взглянул на часы. Вокруг дома дежурили офицеры полиции. Двое находились в помещении для охранников, и трое были в доме. Казалось, в этот вечер уже ничего неожиданного не могло произойти.
— Наконец мы немного отдохнем, — сказал Линдси, — мы не спим уже двое суток.
— Мне кажется, именно сейчас вам не стоит спать, — возразил Дронго.
— Опять вы за старое? — поморщился Линдси. — Ну все. Я ухожу. Надеюсь, что завтра я улечу отсюда и больше никогда вас не увижу.
Он вышел из-за стола и направился к холлу, где была лестница, ведущая наверх. Горлач проводил его долгим взглядом.
— Я его не люблю, — пробормотал он, — и вообще я не понимаю геев. Какое в этом удовольствие, любить другого мужчину?
— Это степень свободы, мистер Горлач, — возразил Дронго, — нужно терпимее относиться к людям вообще. Каждый имеет право любить того, кого он хочет. При обоюдном согласии."
"— Вы тоже любите мужчин? — подозрительно нахмурился Горлач.
— Я люблю женщин, — ответил Дронго, — но все равно нельзя так относиться к людям. Каждый имеет право на свое понимание счастья.
— Не нужно их оправдывать, — упрямо возразил Горлач.
— Вы не могли бы найти другую тему для ваших разговоров? — попросила Агнесса.
И в этот момент раздался глухой выстрел. Агнесса побледнела. Горлач покачал головой.
— Это уже слишком, — громко сказал он. — Если опять кого-нибудь убили, то я не понимаю, что мы здесь делаем.
— Пойдемте и посмотрим на это привидение, — предложил Дронго. — Выстрел раздался наверху. Он был довольно глухой, и его могли не услышать сотрудники полиции.
Но они услышали и побежали вверх по лестнице. Вместе с тремя офицерами Дронго и Горлач поднялись наверх. В спальной Кристин никого не было. В прилегающей к ней спальной комнате Моничелли было пусто.
