Когда он взял маску и ступил на путь к власти, все казалось простым и легким. Но это дело вытянуло его на край земли законов. Возможно, оно было последней каплей для человека, готового перейти от убийства до самоуничтожения.
— До свидания, мистер Дронго.
Барнард быстро вышел. Она проводила его долгим взглядом. Затем взглянула на Дронго.
— Мне сообщили, что вы уже много лет работаете частным экспертом, — сказала Кристин. — У вас было много неудач? Или они исключены в вашей деятельности?
— Не исключены. Неудачи случались, — честно признался Дронго, — но я каждый раз анализировал причины, приведшие к ним, чтобы понять, почему и каким образом произошел досадный сбой. У меня есть недостатки, и я не лишен некоторых комплексов, возможно, поэтому и случались неудачи.
— Об этом я слышала. Мистер Дронго, я хочу предложить вам необычную работу. Надеюсь, господин Симаков рассказал вам, что в качестве гонорара я готова заплатить двести тысяч долларов.
— Это не очень хорошая американская черта — начинать все с денег, — пробормотал Дронго.
— У нас так принято, — возразила она.
— И тем не менее вы пока не сообщили, зачем вы меня пригласили.
— Я думала, что вы догадаетесь. Именно в качестве профессионального эксперта.
— Вы обращались в полицию?
— Нет. Конечно, нет. Я не могу делать из своей личной жизни такое эксцентричное шоу. Папарацци и так дежурят вокруг моей виллы и днем и ночью.
— Письма у вас сохранились?
— Нет. Я их уничтожила. Но угрозы были вполне конкретными.
— И вы хотите пригласить меня в качестве вашего личного телохранителя? Боюсь, что для подобной роли я не подойду.
Она усмехнулась. Одобрительно кивнула:
— Вы умеете говорить комплименты женщинам.
— Я умею восторгаться женской красотой. Вам разве не говорили, что вы красивая женщина? Или вы узнали об этом только от меня?
— Иногда говорили. — Она с нарастающим интересом смотрела на Дронго. — Но думаю, что вы меня совсем не поняли. Мне не нужен телохранитель, у меня он есть. Мне нужен эксперт по вопросам безопасности, который сумеет обеспечить безопасность моей семьи во время нашего отпуска на Барбадосе, куда мы отправляемся через несколько дней.
— Почему вы полагаете, что угроза наиболее реальна именно на Барбадосе?
— Оба письма были отправлены оттуда. На них был почтовый штемпель. Я не знаю, кто и зачем это сделал.
