Когда он взял маску и ступил на путь к власти, все казалось простым и легким. Но это дело вытянуло его на край земли законов. Возможно, оно было последней каплей для человека, готового перейти от убийства до самоуничтожения.
Я там… тоже… снималась…
— В каких фильмах?
— В разных. — Она отвела глаза. Уточнять не имело смысла, она явно не хотела говорить об этом. Кажется, Кристин права — эта молодая женщина действительно не подходит ее сыну. С другой стороны, сама Кристин должна была понять, каково это — пробиваться своими силами в мир кино. Впрочем, людям бывает трудно понять страдания других, особенно если они не прошли через подобные испытания.
— И вы считаете, что этот опыт поможет вам в Америке?
— Я хочу быть актрисой, — твердо заявила Алиса.
— В таком случае выбросите для начала свою одежду, — посоветовал Дронго. — Только не здесь и не сейчас. Смените свой имидж девочки по вызову. Это пуританская Америка, а не Германия с ее вольными нравами. Вы встречаетесь с сыном шведской аристократки, а одеваетесь как дешевая проститутка. Вы хотите стать актрисой, а изображаете из себя женщину-вамп. И уже тем более не нужно ходить вечерами в отель к незнакомым мужчинам. Даже в Лос-Анджелесе подобное не очень приветствуется.
Она нервно хихикнула, но выпрямилась и оправила юбку.
— Если мы полетим на Барбадос, вы должны сменить и одежду, и макияж, — безжалостно продолжал Дронго, — и не предлагать своего тела в обмен на услуги других людей. Вы меня понимаете?
— Иди ты… — выругалась она, вскочив с дивана. — Тоже мне умник нашелся. Я за помощью пришла, а он мне лекции читает. Если не хочешь со мной спать, так и скажи, только зачем мне говорить все эти гадости.
Она направилась к двери, но он протянул руку и поймал ее за плечо.
— Я говорю для тебя, дурочка, — без гнева сказал Дронго. — Нужно понимать, где и как одеваться. То, что нравится Юхану, не обязательно должно понравиться его матери. А ведь там будут еще и другие родственники.
— Пусти, — крикнула она.
Он отпустил ее, и она поспешила к двери. На пороге обернулась и громко крикнула:
— Сам дурак, — после чего хлопнула дверью.
Он усмехнулся. Раз она так сказала, значит, все-таки поняла, о чем он ей говорил. Дронго неторопливо вышел из номера, прошел по коридору, спустился на первый этаж и прошел через сад в холл.
Дронго едва успел разложить на столе план, когда городской телефон снова зазвонил. Он недовольно покосился на аппарат.
