Я видел, как железные столбы и куски стен обрушились на Ортханк. Но Древобрад сохранил хладнокровие. К счастью, он не обезумел. Он не хотел, чтобы его народ поранил себя в припадке ярости, не хотел, чтобы Саруман в этом смятении ускользнул через какую-нибудь дыру. Много энтов было ранено, но они не сумели ничего сделать. Башня очень гладкая, твердая и какое-то колдовство есть в ней, более древнее, чем власть Сарумана. Энты не могли ухватиться за нее, не могли проделать щели и трещины; они только поранились сами.
Тут Древобрад вошел в их кольцо и закричал. Его необыкновенный голос заглушил весь шум. Внезапно наступила мертвая тишина. И мы услышали резкий смех в высоком окне башни. Он произвел странное действие на энтов. Они вдруг стали угрюмы, холодны и спокойны. Со всей равнины собрались они вокруг Древобрада. Тот немного поговорил с ними на их языке; я думаю, он рассказывал им план, который уже давно созрел в его старой голове. После этого они растаяли в полутьме. К этому времени уже начинался день.
Я думаю, они оставили наблюдателей у башни, но эти наблюдатели прятались в тени и оставались совершенно неподвижными, поэтому я не смог их разглядеть. Остальные отправились на Север. Весь день они были заняты и не показывались. Большую часть времени мы провели одни. Это был утомительный день. Мы бродили поблизости, стараясь не показываться у окон башни: они на нас смотрели так зловеще. Большую часть времени мы искали, что бы поесть. Мы также сидели и разговаривали, обсуждая, что же происходит на Юге, в Рохане, и что могло случиться с остальными членами нашего Братства. Снова и снова слышали мы в отдалении грохот падающих скал, и гром эхом отдавался в холмах.
В полдень мы решили обойти по кругу и посмотреть, что происходит. У входа в долину стоял большой тенистый Лес хуорнов, другой Лес — окружая Северную стену. Мы не осмелились войти в него. Но из Леса были слышны звуки тяжелой работы. Энты и хуорны копали большие ямы и каналы, устраивали дамбы, собирая всю воду Изена и впадающих в него рек и ручьев.
В сумерках Древобрад вернулся к воротам. Он бормотал, гудел и бухал про себя, как будто чем-то довольный. Он вытянул свои большие руки и ноги и глубоко вздохнул. Я спросил его, не устал ли он."
"— Устал! — сказал он. — Устал? Нет, не устал, но тело затекло. Мне нужен добрый глоток из Энтвоша. Мы тяжело поработали: больше раскололи камней и изгрызли земли, чем за многие годы. Но работа уже закончена. Когда наступит ночь, не задерживайтесь у этих ворот или в старом туннеле. Тут будет вода, она вымоет всю грязь Сарумана. Тогда Изен снова будет чистым. — И он начал обрушивать части стены, не спеша, как бы забавляясь.
Мы только начали размышлять, где спокойно провести ночь, как случилось самое поразительное происшествие.