Арагорн стремительно взбирается по склону холма, его шаги осторожно оставляют следы на земле. Впереди ручей пересекает тропу, и здесь он находит то, что искал — знаки Фродо. Интересно, что мог увидеть hobbit? Однако Арагорн возвращается тем же путем, чтобы узнать ответы.
Многие полностью предались безделью и лени, некоторые сражались друг с другом, пока их, ослабевших, не победили дикие люди.
Никто не говорил, что черные искусства когда-либо использовались в Гондоре или же что Безымянного почитали здесь когда-либо; и старая мудрость и красота, принесенные с Запада, долго оставались в королевстве сыновей Эарендила Прекрасного и до сих пор известны здесь. Но даже и с этим Гондор сам предопределил свой упадок, постепенно впадая в старческое слабоумие, и думал, что Враг спит, а Враг был лишь изгнан, но не уничтожен.
Больше внимания уделялось смерти, потому что нуменорцы, как и в своем старом королевстве, стремились к неизменной вечности. Короли сооружали гробницы, более великолепные, чем дома живых, и охотнее перечитывали имена предков в свитках, чем произносили имена своих сыновей. Бездетные повелители, сидя в своих обветшалых залах, размышляли о генеалогии. В тайных кабинетах увядшие старики составляли сильнодействующие эликсиры или в высоких и холодных башнях вопрошали звезды.
Но наместники были разумнее и счастливее. Мудрее, потому что они объединили силы своих людей с силами крепкого народа с морских берегов, с силами суровых горцев из Эред-Нимраса. Они заключили перемирие с гордыми людьми Севера, которые раньше часто нападали на нас, людьми воинственными и доблестными, нашими древними родственниками.
И вот в дни Кириона, двенадцатого наместника (а мой отец — двадцать шестой наместник), эти люди пришли нам на помощь, и на большом поле Келебранта они уничтожили наших врагов, захвативших наши северные области.
"Из наших сказаний они узнали о нас и о своем происхождении, и их повелители в случае необходимости говорят на нашем языке; но по большей части они придерживаются образа жизни своих предков и говорят между собой на собственном северном языке. Мы любим их: высоких мужчин и прекрасных женщин, доблестных, златовласых, ясноглазых и сильных; они напоминают нам молодость человечества, каким оно было в Древние дни.
