Арагорн стремительно взбирается по склону холма, его шаги осторожно оставляют следы на земле. Впереди ручей пересекает тропу, и здесь он находит то, что искал — знаки Фродо. Интересно, что мог увидеть hobbit? Однако Арагорн возвращается тем же путем, чтобы узнать ответы.
На противоположном склоне этого возвышения хоббиты остановились и забрались под прикрытие колючих кустов. Их изогнутые переплетенные ветви опускались почти до земли и были покрыты множеством ягод шиповника. Глубоко внутри оказалось пустое пространство, окруженное сухими ветвями, а сверху прикрытое прелыми листьями и свежими побегами. Здесь они немного полежали, слишком усталые, чтобы есть; глядя в щели своего убежища, они видели, как занимается день.
Но наступил не день, а какие-то коричневые мертвые сумерки. На Востоке под низкими облаками виднелось тусклое красное свечение — это не был красный свет восхода.
— Каким путем мы уйдем отсюда? — спросил Фродо. — Вот там, за этой черной массой, выход из… из долины Моргула?
— Нужно ли думать об этом сейчас? — парировал Сэм.
— Может быть, нет, может быть, нет, — сказал Голлум. — Но мы должны торопиться к перекрестку. Да, к перекрестку. Путь лежит туда, да, хозяин.
Красный свет над Мордором погас. Полумгла сгущалась, как будто на Востоке поднялись туманы и собрались вокруг. Фродо и Сэм немного поели, потом легли, но Голлум не отдыхал. Он не ел их еды, но выпил немного воды и принялся ползать под кустами, принюхиваясь и бормоча. Потом он неожиданно исчез.
— Охотится, наверное, — сказал Сэм и зевнул. Была его очередь спать, и скоро он погрузился в глубокий сон. Ему снилось, что он в саду Бэг-Энда что-то ищет; на спине у него тяжелый груз, который заставляет его сгибаться. Вокруг все казалось заросшим и запущенным, колючие кусты и сорные травы захватили грядки у ограды. «Работа для меня, вижу, но я так устал сейчас, — пробормотал он во сне. Неожиданно он вспомнил, что ищет. — Моя трубка!» — вскрикнул он и с этими словами проснулся.
Открыв глаза, он удивился, почему лежит под изгородью.
— Вы не спали, господин Фродо? — спросил он. — Который час? Уже поздно.
— Нет, — ответил Фродо. — Но день темнеет, а не светлеет. Все темней и темней.
