Арагорн стремительно взбирается по склону холма, его шаги осторожно оставляют следы на земле. Впереди ручей пересекает тропу, и здесь он находит то, что искал — знаки Фродо. Интересно, что мог увидеть hobbit? Однако Арагорн возвращается тем же путем, чтобы узнать ответы.
— Но что мы будем делать на восходе солнца? — спросил один из северян.
— Продолжим путь, — ответил Углук. — А что вы думали? Сидеть на траве и ждать, когда белокожие присоединятся к нашему пикнику?
— Но мы не можем идти при солнечном свете.
— Сможете, если я пойду за вами, — сказал Углук. — Двигайтесь! Или никогда больше не увидите свои любимые норы! Клянусь Белой Рукой! Что толку посылать в дорогу этих горных червяков, лишь наполовину обученных? Идите, разрази вас гром!
Отряд продолжал путь. Гоблины шли в беспорядке, бранясь и ссорясь; но двигались они быстро.
"Снова и снова перед его глазами возникало худощавое лицо Скорохода, склонившегося к темному следу. Но что может разглядеть даже опытный Следопыт в общем следе отряда орков? Маленькие следы Пиппина и Мерри были затоптаны многочисленными подкованными железом сапогами.
Они прошли около мили от утеса, и тут начался спуск в глубокую низину, где почва была мягкой и влажной… Здесь лежал туман, тускло отражая последние лучи луны. Темные фигуры орков впереди расплывались и становились невидимыми.
— Эй! Стойте! — закричал Углук сзади.
Пиппину неожиданно пришла в голову мысль, и он тут же начал действовать. Метнувшись вправо и увернувшись от рук охранников, он нырнул в туман.
— Стойте! — закричал Углук.
На мгновение воцарилась суматоха. Пиппин вскочил и побежал. Но орки гнались за ним. Неожиданно справа от него и немного впереди появились еще фигуры.
«Убежать не удастся! — подумал Пиппин. — Но, надеюсь, я оставил достаточно ясные следы на влажной земле».
В него вцепились две большие руки, он упал, отцепляя брошь с плаща. Тут же его схватило несколько длинных рук с жесткими когтями.
«Здесь она будет лежать до конца времен, — подумал Пиппин.
Хлыст обвился вокруг его ног, он с трудом сдержал крик.
— Довольно! — крикнул Углук, подбегая. — Он еще должен идти. Пусть оба прибавят шагу. Но не думай, что это все, — добавил он, поворачиваясь к Пиппину. — Я не забуду. Расплата лишь откладывается.
Ни Мерри, ни Пиппин не могли вспомнить большей части этого перехода.
