Они походили на какие–то отвратительные надгробья, на вечный памятник мрачным трудам рабов Мордора. Эта оскверненная, изуродованная земля никогда не залечит раны — разве что Великое Море омоет ее живой водой.
– Мне плохо, — пожаловался Сэм. Фродо не шевельнулся. Происходящее походило на кошмарный сон, из которого никак не удается выбраться.
Утренний свет все шире разливался по зловещей пустыне, а они все не могли набраться храбрости пересечь ее. Даже свет казался враждебным, он открывал их глазам Мордора, словно подчеркивая полную беспомощность.
Не в силах двинуться дальше, все трое спустились в большую яму с покатыми склонами и какой–то маслянистой радужной лужей на дне. Они решили переждать здесь до сумерек, надеясь только, что яма защитит их от взгляда Врага.
Медленно проходил день. Мучила жажда. Пришлось сделать по глотку из фляжек, наполненных в последний раз еще в расщелине. Какой же мирной и уютной казалась она отсюда!
Хоббиты решили дежурить по очереди. Но усталость была так велика, что сон не шел. Лишь к вечеру Сэм задремал. Смеагорл уснул сразу же. Фродо не смыкал глаз. Тяжесть давила по–прежнему. Безуспешно пытаясь облегчить ее, он лег навзничь и долго смотрел в небо. Струи дыма складывались в видения темных мчащихся фигур и лиц из прошлого. Скоро он потерял счет времени в своих блужданиях между сном и явью и наконец забылся.
Вдруг проснулся Сэм. Ему показалось, что кто–то зовет его. Был вечер. Фродо спал, скатившись почти на дно ямы. Горлум сидел над ним на корточках и разговаривал сам с собою, вернее, в нем спорили вслух Смеагорл и Горлум. Голос у него был то внятный, то шипел, и глаза вспыхивали то бледным, то ярко–зеленым блеском.
Сэм прислушался, глядя из–под полуопущенных век. Шипящий голос — Горлум — требовал отнять Сокровище у спящего, голос Смеагорла возражал ему, но с каждым разом слабее.
– Смеагорл обещал, — говорил он.
– Да, моя прелесть, — шипел Горлум, — мы обещали. Мы обещали, что спасем Сокровище, что Он не тронет его никогда. Но оно все ближе к Нему, с каждым шагом, да. Интересно, что сделают хоббиты с Сокровищем, да, да, интересно.
– Я не знаю. Это не мое дело. Смеагорл обещал служить хозяину.
– Да, служить хозяину, Хозяину Сокровища! Возьмем его и будем служить сами себе!
– Но Смеагорл обещал! Славный хоббит, он снял с меня злую веревку, он говорил со мной ласково. Смеагорл будет хорошим.
– Будет хорошим? Ну и пусть будет. Мы же не собираемся трогать славного хоббита.