Автор
В тревожной атмосфере страсти и безумных предчувствий — мир теснится между ложью и правдой, где невеста на обмен становится игрой злых сил и мечты о защите свою душу. Власть над кошмарами приближается к ней так стремительно, что кажется, она уже не в силах устоять.
Но, как пояснил мой попутчик, выбравшийся следом из маг-вояжера, это «дело привычки».
Магические фабрики обступили город так тесно, так близко, что Либтоун уже и сам казался одним огромным заводом. Сентиментально вздохнула: а в Тарлине не так уж и плохо.
Я обошла разноцветный фонтан четырех стихий – тот самый, про который ночью рассказывала Мег, – и уверенной походкой направилась к Ривер-Штрасс. В офисе Регины я однажды бывала. Миссис Стерв обожала пускать пыль в глаза и кичиться своей «деятельной жилкой». Поэтому даже гувернанток для сына допрашивала за огромным столом из драгоценной древесины полосатого анжарского ореха.
И номинальную должность, и роскошный офис ей, конечно, организовал супруг. Йозеф Стерв был человеком жестким и властным, а также крайне занятым. Я лишь раз застала его дома.
Играть в предпринимательницу Стервелле нравилось. С завидной регулярностью она встречалась с инвесторами и собирала средства для каких-то фондов.
Тридцатилетняя мегера с кукольным личиком, уложенными в тугой пучок светлыми волосами, платьем без единой складочки и идеальным маникюром, вызывающим черную зависть.
В офисном здании царила приятная прохлада – блаженство после прогулки по раскаленной пыльной улице. На четвертом этаже по случаю выходного было пусто, и даже секретарша – пожилая церберша, лицом напоминающая болотную квакшу, – на этот раз отсутствовала.
Ободрив себя дежурной улыбкой, я смело подошла к дальней двери и аккуратно нажала на ручку.
Регина Стерв была в кабинете.
Правда, сидела она не за столом, а на столе, ко мне спиной. Это несколько настораживало.
Еще сильнее смущал тот факт, что всю отполированную деревянную поверхность от края до края занимала ее задранная мятая юбка. Гладкий пучок был бесстыдно распущен, и разлохмаченные золотистые локоны струились по оголенному плечу.
Никогда не видела Стервеллу растрепанной! И это наводило на дурные мысли. Возможно, ей нужна моя помощь…
Или не нужна.
Потому как на том самом оголенном плече лежали не только волосы, но и чья-то огромная загорелая рука. Мужская.
Я открыла рот. Потом, хорошенько подумав, закрыла. И сделала шаг назад.
И я бы ушла – очень, очень быстро! – вот только острые зеленые глаза напротив недобро полыхнули и пригвоздили меня к полу.
