– Как именно справились?
– Вам нужны подробности? – сосредоточенно уточнил Кольт.
Я резко мотнула головой. Обойдусь.
– Вас не было почти час, – напомнила Грегори.
– Беспокоились?
– Да. И, как выяснилось, не зря.
– Второй пытался уйти в поселение, Софи. Пришлось догонять, – он оперся спиной о стену и вытерся остатками моей сорочки. – Мы прячемся тут не просто так.
– Я не ходила за реку… Честно! – принялась виновато оправдываться. – Я только доплыла до другого берега и все…
Я помнила, что он запрещал ходить в поселение. И никогда бы туда не пошла. Было ужасно думать, что я сама навлекла на нас беду. Но я ведь просто купалась?
– Вас никто не обвинял, мисс Эштон, – Кольт почесал подбородок, с интересом поглядывая на мои голые коленки.
Я подгребла к себе мятый сарафан, который вчера так и не надела. Бегала по лесу в едва обсохшей шелковой сорочке.
– Их было только двое, Софи?
– Двое, – кивнула уверенно. – Тот высокий сказал рыжему: «Я же говорил: фьёлла». Словно он привел друга на меня поглазеть. Как на диковинную зверюшку!
– Значит, давно следил. И понял, кто вы…
– И кто я?
– «Фьёлла», – буркнул Грег, ничего толком не объяснив. – Он не рискнул напасть в одиночку, но жадность помешала ему взять больше людей… Он не из тех, кто делится. Нам с вами повезло.
На коже оседало странное тепло этого утра. Но дело было не в погоде и не в яркой красной звезде. Скорее, в том, что мы с Кольтом в кои-то веки не развлекались пикировками и не шипели друг на друга. И я все еще ощущала его невозможный, невыносимый жар.
– Куда вы?! – всполошилась, увидев, как он натягивает пиджак на голое тело. То самое. Жаркое, да.
– Надо раздобыть новую рубашку. И поторопить Хольцера с ответом, – Кольт повел плечом и наградил меня озадаченным взглядом. – Нам нельзя задерживаться здесь дольше, мисс Эштон. Магов начнут искать, в лес пойдет половина деревни и…
Не договорив, Грегори вышел на залитую красным светом площадку перед пещерой.
«И все они захотят заполнить вами свою пустоту», – мысленно договорила за Кольта.
***
За весь день я к реке так и не спустилась. Решила, что не так плохо побыть немножко грязной, раз уж местные помешаны на чистоте. Сидела на соломе, грызла подсохший ломоть хлеба и косилась на мягкую шкуру. Перенервничала.
Видит Варх, найдя черную рану на Кольте, я испугалась даже больше, чем когда длинноволосый маньяк подошел к кустам. Каким-то непостижимым образом этот гад – анжарский, редкостный – умудрился стать мне небезразличен.
Вчера, проснувшись посреди ночи и ощутив лопатками все тот же дикий, ненормальный жар, я затряслась, как вояжер, вылетевший на разбитую брусчатку. Ужасала уже одна мысль, что ранение окажется страшнее, чем он полагал.