Автор
Героиня живет спокойной жизнью, пока в нее не врывается Грегори Кольт — могущественный маг-менталист и опекун ее жениха. Циничный и презирающий женщин, он считает простую девушку из пансиона недостойной. Между ними вспыхивает конфликт, который может изменить судьбу обеих.
Ну что за мужчины мне попадаются? Если девушка говорит, что не хочет, значит, не хочет!
– Адам… А почему мы поженились до парада светил? – попыталась отвлечь приближающегося мужа, высматривая путь к заветной двери.
Где гхарры носят Грега, когда он так нужен? Не местного добродушного лапочку, а моего, невозможно-невыносимого, способного решить любую проблему.
– Потому что это глупость – жениться в день, когда магия под запретом, – фыркнул строго.
– Я ведь плохо переношу крепкие чары…
– И что? – нахмурился недоуменно. – Или мы должны были Ее Величество оставить без магических фейерверков, пылающего торта и стихийных танцев? Ты разве не читала вчерашний «Вестник»?
– «Самая красивая церемония», да, – сглотнула растерянно, перемещаясь по стеночке.
– Ну вот, а чего спрашиваешь ерунду? – он выдохнул с укором и поднял брови домиком. – Иди сюда, Велисофья. Мне надо сбросить вархово напряжение. Я твой муж, ты моя жена, все очень просто. Тебе понравится.
Да что-то я сильно в этом сомневалась!
Адам глядел на меня странно. Он не пылал желанием, не горел пустотой, требующей заполнения. Он будто… просто хотел мной владеть. Подтвердить право собственности, чтобы никто и не вздумал сомневаться.
– Ты не понимаешь. Я не твоя жена. Я не соглашалась на этот брак и не давала клятву, – помотала головой уверенно. – Поэтому выйди, пожалуйста, из спальни и оставь меня одну.
– Ясно, – закивал сердито. – Утром вызовем лекаря. А сейчас ты исполнишь свой священный долг, Велисофья. Я скучал в Хитане."
"Он говорил грубо, отрывисто. Я совсем не узнавала моего Адама, такого легкого и улыбчивого, до смешного забывчивого, с которым можно часами просто болтать.
Он словно поменялся с опекуном местами. В каждом слове сквозила властность и жажда немедленно получить желаемое. И если в Грегори это меня теперь привлекало и манило, то в Адаме собственнические замашки отталкивали.
От старшего Кольта разило силой и властью, он был уверен в своем праве, и это подкупало. Адам же его истерично требовал, как капризный ребенок, топающий ножкой.
– Сюда иди, малышка, – с его ладоней слетели зеленоватые искорки, довольно бледные, но все равно пугающие.
– Прекрати. Не смей, – завороженно покачала головой и схватилась за первую подвернувшуюся вазу. Тяжелую до безобразия.
– Обратно… поставь, – лениво произнес муж-жених и щелкнул зеленым пальцем.
И я послушно поставила. Обратно.
