Властный, злой и небритый: в этой истории любовь переплетается с давней обидой и тайными уговорами. Глава заглядывает в будущее, где его роль не просто изменится — она будет переворотом во всем существующем порядке вещей. Атмосфера нереальной ясности скрывают сложные ловушки жестокости и предательства....
Что она снова сделала не так?
– Почему сбежала? – не спросил – рыкнул. Наклонился к ней огромной тенью и всё тем же тоном спросил: – Ко мне или к тебе?
К ней оказалось ближе.
⁂Николас сдернул с неё джинсы в коридоре.
– Давай к кровати…
– К черту кровать, женщина.
Лена открыла рот, чтобы что-то сказать, и тотчас закусила нижнюю губу.
Потому что жаркие мужские губы прикоснулись к другим ее губам.
Она и не подозревала, что существует такая страсть – одержимая, почти не контролируемая, срывающая все барьеры и преграды.
Девушка выгнулась, позволяя ласкать.
Пробовать себя.
Ей оставалось только наслаждаться и отчаянно упираться в стену, чтобы не рухнуть на ламинат. Она едва стояла.
Его губы… наглые, горячие, доводили её до полуобморочного состояния.
Она не сопротивлялась, молча просила ещё и ещё.
Потом уже не молча.
Она не подозревала, что настолько соскучится. До дрожи, до огня. До безумного желания принадлежать только ему одному.
– Моя! Ты же моя, Ленааа?
Она кивнула, ударившись лбом в стену.
– Ник… Кровать, пожалуйста.
На этот раз он её услышал.
Раздевались они в ускоренном режиме. Лена путалась в болтавшихся на щиколотках штанах, стыдливо думая о своей неуклюжести. Мужчина швырнул на кресло пиджак, дернул галстук. Девушка замерла, снова впитывая в себя его полуобнаженный образ.
Николас предупреждающе покачал головой.
– Леннааа…
– Что?
– Снимай одежду. Иначе – порву.
Его рубленые фразы возбуждали не меньше, чем само присутствие этого мужчины.
И обещание.
Сначала он развел её бедра в стороны и смотрел. Недолго. Потом закинул ноги Лены себе на плечи и плавно вошёл. Толчок, неглубокой, почти пробный. А потом на всю длину. Мощно и не давая передышки, снова и снова.
Она закидывала руки за голову, металась по подушке, сжимая простынь. Царапала её ногтями.
Плечи Николая – тоже.
– Больше от меня не убежишь, Лена. Слышишь?
Она слышала.
– Где ответ, Леннна?
Толчок и ещё один толчок.
– Я… не убегала.
– Неужели?
– Николас!
Она потянулась к нему, чтобы впиться в губы, но он тормознул её, надавив на нижнюю губу пальцем.
– Иди ко мне.
Потом был душ. Совместный."
"Хорошей особенностью её квартиры была ванная улучшенной планировки. И напольный душ. Иначе они с Николасом не разместились бы.
– Ты же куда-то ехал, – не то спросила, не то сказала она, намыливая широкие мужские плечи и наслаждаясь скользкими прикосновениями к его мышцам.
