Вдоволь наигравшись, он установил Дарта Вейдера на специальную подставку и поставил рядом со штурмовиком. А потом сел рядом со мной, обнял и с благодарностью поцеловал в щеку.
— Спасибо, это действительно один из лучших подарков в моей жизни, — признался он, переплетая свои пальцы с моими. Наши ладони оказались на его колене.
— А самый лучший твой подарочек — это я! — пропела я строчку из любимого детского мультфильма. Олег так счастливо улыбался — как мальчишка, которому подарили долгожданный подарок на Новый год, что я сама хотела улыбаться. Улыбаться, смеяться, кричать от радости. Чтобы весь мир знал, что я чувствую! И внутри распускались словно цветы прекрасные звезды.
— Скажи мне только одно — сколько это стоило? — спросил Олег.
Я подняла голову с его плеча.
— Ты действительно думаешь, что я так возьму и скажу? Серьезно?
— Коллекционные фигурки дорогие. Я не хочу, чтобы ты тратила на это свои деньги. Возмещу.
— Возмести себе что-нибудь другое, — нахмурилась я. — Олег, это подарок. От души! Давай уясним с тобой одну вещь. Как-то я уже говорила тебе, что наша семья обеспечена. И так вышло, что денег у меня больше, чем у моих ровесниц. Но я не хочу делать вид, что это не так. Не хочу стыдиться своих денег! Это неправильно. Знаешь, за эти три дня, которые мы не виделись, я много всего обдумала. И поняла одну вещь — мы с Костей не дошли до вершины только потому, что он с самого начала не смог понять меня. Сам придумал что-то и сам же верил в свои фантазии. Для него я была дорогой куклой, и он считал, что на уход за этой куклой нужно тратить большие деньги — у него все упиралось в деньги. Он искренне был уверен, что если у него не будет этих самых денег, я не смогу быть с ним счастлива — я ведь привыкла к другой жизни. Только это не так. Наш отец воспитал нас иначе. На самом деле это проекция Кости. Это он не сможет жить без привычной суммы денег, дорогой машины, фирменных шмоток. Он, не я. Даже если рядом будет любимый человек. Только ему сложно было признаться в этом самому себе. Ему не хотелось считать себя плохим. Поэтому плохой стала я. «Это она не сможет вынести обычной жизни, не я. Это она ставит комфорт выше человека, не я. Это она причина нашего расставания, не я». Понимаешь? — посмотрела я в глаза Олега.
— Забавно, — сказал он медленно. — В этом есть смысл. А он ведь искренне считал… Впрочем, не важно.
— Договаривай, — попросила я. — Что он считал? И вообще, вы что, встречались?
— Около твоего дома в тот день, когда мы поссорились, — нехотя признался Олег. — Он тоже тебя искал. Приехал с цветами.
— И? — прожигала я его взглядом.
— Он говорил вещи, которые на тот момент показались мне разумными.
— Какие? Олег! Говори! — воскликнула я, думая о том, что увидь я сейчас Костю, я бы открутила ему шею.