Автор
Я провел почти год вне дома, полностью сосредоточенный на учебе и новых знаниях. Теперь ученый по истории и педагог, хотя всегда мечтал стать юристом, это решение было моим способом избежать приставки родителей.
Похоже, «Влюбиться на максимум (СИ)» относится к циклу. Ниже — другие найденные книги этой линии.
Моё тело начинает слегка покалывать, будто иголками. Странное чувство… И жарко…
Максим поднимается наверх к мальчишкам, с лёгкостью неся на плечах большую спортивную сумку и рюкзак. Ударяются кулаками. Вот она свита королевы.
— Сейчас я буду по списку называть фамилии, названный встаёт, чтобы я смог запомнить вас в лицо, — объявляю им.
Прохожусь по именам, останавливаюсь на фамилии Селезнева. Кажется, я знаю, кто это, смеюсь сам себе внутри.
— Селезнева, — произношу вслух.
— Я, — бодро встаёт та самая девчонка с огненно-рыжими волосами.
— Утка по-пекински, — доносится голос сверху.
Пацаны начинают ржать.
— Ерёма, ты достала! — орёт Селезнева."
"— Ну, так твои уже давно на болото полетели, а ты всё здесь крякаешь. Вперёд, к родне! — очередной подкол сверху и хохот ребят.
Рыжая рванулась наверх, но я вовремя схватил её за локоть.
— Угомонились! Обе! — приказал девчонкам.
Лиза, так зовут Селезневу, делает недовольно лицо и садится на место. Нашла с кем тягаться, физически Макс сильнее.
— Хочу, чтобы вы запомнили. Скандалов и драк в своём отряде не потерплю. Я за вас головой отвечаю, — предупредил их.
— Значит, казнь близка… — ляпнул кто-то из парней. — И покатится головушка с гильотины. Или вы плаху предпочитаете?
Опять смех.
— Марш в корпус! Спальня девушек слева, парней справа.
— Значит девочки налево, мальчики направо. А в жизни всё наоборот, — с издёвкой произнесла Ермолаенко, проходя мимо меня, чем опять вызвала одобряющий смех одноклассников.
Я шёл сзади, следя за порядком.
Пацаны быстро и спокойно распределили, где и кто спит, а вот у девчонок опять конфликт. И снова те же лица.
Максим бросила свои вещи на кровать рядом с окном, но оказалось, что на неё претендовала Селезнёва. Она, видите ли, прошлые два года на ней спала и в этом тоже будет.
— Не будешь! — с агрессией говорит ей Макс.
— Не борзей!
— Что опять за базар? — включаюсь в спор, вставая между ними.
— Гордей Петрович, а у вас отдельных комнат нет? Я не собираюсь спать в одном помещении с этой полоумной! — срывается Лиза.
— Есть… В санчасти. Могу тебе там на весь месяц обеспечить койку, — угрожает Максим, демонстративно сжимая кулаки.
— Вы видите? Она же шизанутая! И подушкой ночью придушить может.
— Во-первых, отдельных комнат нет, так что придется жить здесь. Во-вторых, научитесь сосуществовать без срача. Вы — как бабы базарные! — не сдерживаюсь.
Все смотрят на меня, открыв рты. Все, кроме Максим.
