Автор
Я провел почти год вне дома, полностью сосредоточенный на учебе и новых знаниях. Теперь ученый по истории и педагог, хотя всегда мечтал стать юристом, это решение было моим способом избежать приставки родителей.
Похоже, «Влюбиться на максимум (СИ)» относится к циклу. Ниже — другие найденные книги этой линии.
Игра продолжилась… Но Егор словно заколдованный, бутылка всё время обходила его. Я за это время рассказала пошлый анекдот, Лаврик признался в любви, Линка спела песню про ""в моменте"", глядя в глаза Авдееву, вот где все ржали до боли в животе.
Кто-нибудь вообще помнит остальные слова после двух первых строк? Я точно нет.
Шестакова сексуально прочитала горячее место из главы какой-то книги, найденной в интернете. И ещё куча заданий, от которых все рвали животы.
— Осталось последнее, — достала бумажку из коробки Линка.
— Для парней: Отжаться двадцать раз над девушкой, говоря ей каждый раз комплимент и целуя в губы.
— Ууу! Я даже знаю, кто будет снизу, — повернулся ко мне Стэп. — Макс, помнишь? Отказываться нельзя.
— Он ещё не выбрал, — пожимаю плечами.
Егор протянул мне руку.
Значит, выбрал…
— Не вздумай меня раздавить, — смотрю на него пристально, лежа на полу.
Он стоит на руках надо мной.
— Три, два, один. Погнали!
— Умная.
Поцелуй.
— Красивая.
Еще один поцелуй.
— Смелая… Сильная… Честная… Добрая…
— Это не комплименты, — шепчу ему.
— Заткнись, Макс! Всем пофиг, — тихо в ответ.
И так перечисление моих качеств девятнадцать раз.
— Любимая…
Опускается на меня, расслабляя руки. Припечатывает к полу и впивается губами в мои. Поцелуй такой жадный, что голова кружится.
Он сладкий, как арбуз… И приятный до невозможности. Я определённо пьяна. Раньше поцелуи с Егором меня так не заводили.
— Эй, парочка, — слышится чей-то голос. — Если что, наверху комната свободная есть.
Сучата, только бы подколоть.
— Макс, ты чего? — смотрит на меня с улыбкой Фролов, оттесняемый мной наверх по лестнице.
Его нога срывается, но он продолжает пятиться задом по ступенькам.
— Не задавай глупых вопросов, если не хочешь получить таких же ответов, — поднимаемся на второй этаж.
Глава 60
Пихаю Фролова рукой так сильно, что он спиной открывает дверь в комнату Петрищева.
Темно, только лунный свет, усиленный белизной снега, освещает комнату.
Глаза блуждают во мраке в поисках какого-нибудь светильника.
Отлично! Прямо над изголовьем кровати.
Мягкий свет светит только на постель, поэтому разворачиваю Егора так, чтобы видеть его глаза. Они тёмные, почти чёрные.
