Автор
Я провел почти год вне дома, полностью сосредоточенный на учебе и новых знаниях. Теперь ученый по истории и педагог, хотя всегда мечтал стать юристом, это решение было моим способом избежать приставки родителей.
Похоже, «Влюбиться на максимум (СИ)» относится к циклу. Ниже — другие найденные книги этой линии.
Брр…
— Вы, как учитель, лучше всех знаете — из каждого правила есть исключения.
— Брось, Макс! Тогда на реке ты была очень смелой. Попробуй и сейчас. Обещаю вызвать тебе такси.
— Вы мне выпить предлагаете? Не профессионально, — замечаю.
— Сегодня мы ещё обычные люди. Самбуку нам, — обращается к бармену.
— Я не буду, — отказываюсь, когда бармен выставляет перед нами алкоголь.
— Будешь, — произносит томно Калинин и пододвигает ко мне горящую рюмку.
Чтоб тебя!
Выдыхаю на напиток, чтобы потух и опрокидываю залпом.
— Не понравилось?
Я отрицательно качаю головой.
— Ладно… Тогда нам текилы, — следующий заказ.
— Споить меня решили? — смотрю дерзко.
— А почему нет. И перестань мне выкать, — протягивает очередной шот.
Я беру.
— Это признак уважения.
— То есть, если мы перейдём на ""ты"", перестанешь меня уважать?
— Нет…
— Тогда в чём проблема? — разводит руками.
— Субординация.
— Слово-то, какое, — сморщился.
— Попробую.
— Вот и отлично, — чокается со мной и выпивает.
Сколько он уже в себя влил? Думается мне, что трезвый он бы мне и капли выпить не разрешил и пью следом за ним.
В кармане разрывается телефон.
Мама…
Да, знаю, время позднее. Но извини, мам, твоя непутёвая дочь сегодня такой и останется. Сбрасываю и набираю сообщение, что у меня всё хорошо.
— Дай сюда, — Гордей отбирает телефон.
— Эй, что за грабёж средь бела дня! — пытаюсь забрать обратно.
Он подносит смартфон к моему лицу для разблокировки и отводит в сторону мои руки. Быстро набирает какой-то номер, дожидается вызова и отключается.
— Кому ты звонил? — возмущаюсь, когда он возвращает телефон.
— Себе.
— Зачем? Номер спросить — не судьба? Обязательно так?
— Ты бы не дала. Фу, как пошло звучит эта фраза, — смеётся. — Повтори, — бармену.
— Мне теперь его менять придётся.
— Не переживай! Обещаю не звонить по ночам и не писать по пустякам.
— А можно меня тогда вообще не тревожить? — забираю рюмку, которую он мне протягивает.
— Нет, не получится… Иногда у меня острое желание услышать твой голос, — вот так признание!
— Серьёзно? А острого желания услышать голос той, что тёрлась о вас своими буйками, нет?
— Ревнуешь? Расслабься, — похлопал меня по щеке. — Она в отставке. И договорились же, что ты мне не выкаешь! Представь, что я старший брат.
— Не могу. Братья так не целуют.
