Автор
В темных переулках городской тьмы прячется маленькая девочка и ее подруга-женщина, вынужденная спрятаться от полиции и неприятностей, преследующих их из-за сексуальных связей. Страх женщины всегда подчеркивает свой голос, заставляет ее дрожать от тревоги. Они скитаются по ночам, прячашись среди ящиков и тщательно выбирая новые места для укрытия, чтобы не спугнуть маленького ребенка....
— Я думала, ты хочешь научиться говорить как полагается.
— Хочу, но это трудно — отчеканивать каждое слово.
— Потому тебе и нужны напоминания, чтобы четкий выговор вошел в привычку.
Против такой логики возразить было нечего. Дэнни даже припомнила, как что-то подобное втолковывала ей Люси, когда много лет назад учила уличному выговору. Теперь Дэнни переходила на него лишь в минуты волнения, но Люси постаралась и надолго выбила у нее из головы «мудреные слова», как она это называла.
— Извини, — продолжала Клэр.
Дэнни невольно рассмеялась, вспомнив, что они говорили о ее «непристойном» поведении.
— Тебе бы не мешало хоть разок повести себя так же «непристойно». Характеру это на пользу.
Она шутила, чтобы не выдать тревогу, но Клэр вдруг ошарашила ее коротким ответом:
— Я пробовала.
— И что же?
Последовала бесконечная пауза. Дэнни уже решила, что ответа не дождется. Но Клэр наконец заговорила:
— С бывшим хозяином мы были близки… очень близки. Все закончилось хуже некуда.
Дэнни не знала, что сказать. «Хуже некуда» — что это значит? Разбитое сердце или…
— Он умер? — нерешительно спросила она.
Клэр фыркнула:
— Как бы не так!
Дэнни ничего не понимала.
— Значит, ты его ненавидишь?
— Откровенно говоря, нет. Я даже не удивилась его поступку. Если бы я хотела проявить великодушие, то сказала бы, что ни о чем не жалею.
— Господи, да что он такого сделал?
Потянулась еще одна длинная пауза. Похоже, Клэр решала, стоит ли распространяться о себе.
Дэнни уже отчаялась услышать продолжение, когда Клэр объяснила:
— Это случилось всего один раз. По ошибке. Случайно. Мне даже не понравилось… почти. От одного раза детей не бывает, а у меня… так получилось.
Боже мой, у нее был ребенок и он умер! Неудивительно, что она горюет.
— Клэр, напрасно ты винишь себя…
— Я была счастлива, — продолжала Клэр, не слушая ее. — Мне бы плакать, а я обрадовалась.
Клэр вдруг расплакалась — почти беззвучно, крупные слезы катились по щекам. Дэнни растерянно смотрела на нее, не решаясь обнять и утешить — они не настолько близки — или уйти, чтобы дать Клэр выплакаться. Наконец желание разделить боль девушки возобладало.
Дэнни придвинулась ближе, но опять засомневалась.
