Мы тут же бросаемся за ним, памятуя слова ветеринара о том, что в первые дни его будет очень легко потерять, раз уж у него не было шанса пока привыкнуть к нашим запахам, а услышать как мы его зовем он не сможет. Марат надевает на него свежекупленный поводок и с сожалением поглаживает:
– Прости, друг, это для твоего же блага. Уж больно ты резвый.
Правда, наличие поводка нисколько не усмиряет его пыл еще несколько минут Марат носится за псом по огромной территории рядом с фабрикой.
Наконец, после того как Рамик обнюхал и пометил все углы и кусты в радиусе километра, Марат возвращается и повторяет свои слова:
– Добро пожаловать, принцесска.
Я с опаской прохожу сквозь железную дверь, опасаясь что в любой момент на меня обрушится потолок или я споткнусь о битые кирпичи или арматуру. Но к моему удивлению, внутри царит идеальный порядок. Вместо обломков старых станков и стен меня встречает лишь чистый бетонный пол, огромные окна под высоким потолком и несколько колонн посреди огромной комнаты, которая, подозреваю, раньше была цехом.
На какое-то мгновение я замираю любуясь лучами солнца из-под потолка, они, словно софиты освещают сцену. А затем перевожу взгляд вправо и, кажется, забываю как дышать.
– Та-дам, – весело говорит Марат и гостеприимно разводит руки. – Нравится, принцесска?
Несколько секунд я просто глотаю воздух не в силах произнести ни слова. Сердце хаотично бьется о грудную клетку, а пальцы на ногах непроизвольно сжимаются будто готовятся встать в балетную стойку. Словно в тумане я двигаюсь вперед и останавливаюсь только тогда, когда ловлю свое отражение в одном из зеркал, которые украшают две угловые стены. Их здесь несколько десятков. А еще паркетный пол и два станка, только отнюдь не фабричных, а самых настоящих балетных. Марат запомнил все мои разговоры о том как я скучаю по балету, все мои расчеты по школе танцев, все мельчайшие детали… и сделал для меня собственную студию.
Я завороженно вожу пальцами по идеально отполированному станку, верчу головой осматривая все детали. В углу стоит огромная колонка, я вижу какие-то выключатели и тумблеры и словно сквозь густой туман слышу голос Марата, поясняющий, что нижняя подсветка еще не доделана, но мастер обещал закончить все к концу недели.
На автомате скидываю туфли, стягиваю чулки и начинаю скользить по паркету. Мне кажется, что я вдруг перенеслась в какую-то детскую сказку, в которой сбываются все мечты и героине остается только плакать от счастья.