— Да ты, отец, фантазер! — обратился Филин к Зайцеву, который был лет на десять его старше, и достал из кармана бумажник. — Я понимаю, если бы в озере водились осетры. А на вашей мойве разве столько заработаешь?
Инспектор завороженно уставился на мелькнувшие перед его носом стодолларовые купюры.
— Да, ребята иногда балуются ловлей на удочку из спортивного интереса. Так они же сюда отдыхать приехали, вот и отдыхают. Надеюсь, удочкой тут ловить можно?
— Конечно, — пробормотал инспектор, приходя в себя от удивления. — Только вы мне зубы не заговаривайте. Насколько мне известно, у вас имеются запрещенные орудия лова.
— Ищи давай, — указал Филин на катер. — Что найдешь — все твое.
Зайцев выбрался на причал, для проформы заглянул в катер:
— У меня есть все основания предполагать, что браконьерские снасти спрятаны на острове.
— Интересно, какие это основания? — издевательски бросил Филин.
— Веские! — безапелляционно заявил инспектор.
Филин глумливо ухмыльнулся. Этот хмырь упорно лезет на рожон. То ли из дурацкого служебного рвения, то ли надеясь получить взятку. Ничего, сейчас у него прыти поубавится.
— Вы хотите обыскать остров? — невинным тоном спросил он.
— Если потребуется.
— Сколько угодно. Только сначала предъявите ордер.
— Какой ордер? Нам не надо никаких ордеров. Мы при исполнении.
— Ладно, исполняйте, — вроде бы согласился Филин. — Только учти, что остров — частная собственность; как только ты ступишь на берег, я вызову милицию. Они разберутся, какие у тебя права и обязанности. Между прочим, владелец острова — человек очень богатый и в дружеских отношениях с местным начальством. Дальше продолжать или тебе все ясно?
Продолжать не понадобилось. Инспектор забрался в лодку, его напарник завел мотор.
— Счастливого пути! — издевательски бросил им Филин и пошел к лагерю.
* * *Борис затаривался в супермаркете. Предпочтение Рублев отдавал полезным для здоровья хлебцам, копченым колбасам и мясным консервам. Даже начинающий турист, заглянув в его корзину, понял бы, что человек собирается в поход. Причем расчет на подножный корм делается самый минимальный, поскольку в корзине лежал всего один пакетик специй. Как раз на котелок наваристой ухи.
А вот многие женщины, глядя на продовольственную корзину Бориса, сделали бы совсем другие выводы. То ли от абсолютного незнания походной жизни, то ли в стремлении выдать желаемое за действительное. Всякий раз, закупаясь перед отъездом, Комбат ловил на себе заинтересованные взгляды дам от тридцати до пятидесяти лет. Они, наивные, решали, что холостяк берет традиционный набор продуктов.