Автор
На пляже едва достойный троечник: шезлонги хаотично разбросаны, навесы требуются ремонт, а песок – серый, грязно-серый, не красящийся в сравнении с белоснежными коралловыми островами. Крупный, пустой и унылый, он лишь напоминает о карьерах добывающих руду, где опасность может быть еще более явной....
Оказывается, к нему присматривались, его работу контролировали. И занимался этим хороший приятель Игоря Леонидовича, которого он сделал своим замом. А о том, что фигура главного бухгалтера в новой ситуации стала одной из ключевых на комбинате, Марципанову показал визит человека. Очень важного человека. Того самого уголовника, который, по слухам, неофициально владел комбинатом. Авторитет заявился внезапно, небрежно поздоровался, окинул цепким взглядом кабинет главбуха.
— Обстановочка у тебя деловая, ничего лишнего.
"— А вы кто? — робко поинтересовался Марципанов, только по слухам знавший о существовании бандитского главаря, но сразу каким-то шестым чувством распознавший в госте человека, привыкшего властвовать, а не выполнять чужие приказы.
— Я — твой хозяин, — усмехнувшись, заявил авторитет. — Мне тут скинули маляву насчет того, как ты управляешься с бабками.
— Но вы же сами сказали, что тут у меня все получается. Кто знает, что будет на новом месте? — поколебавшись, озвучил Марципанов возникшие у него сомнения.
— Да ты расслабься! Кто тебе сказал, что тебе втюхивают другую работу? Останешься на этом же месте, но будешь выполнять только мои — запомни это хорошенько, — лично мои указания.
Игоря Леонидовича прошиб холодный пот. И угораздило же его очутиться между молотом и наковальней. У уголовника одна цель — нахапать как можно больше денег. Тут всего искусства Марципанова не хватит, чтобы скрыть масштабы хищений. А комбинат формально до сих пор государственный. Первая же ревизия выведет Игоря Леонидовича на чистую воду. И прощай, свобода, здравствуй, небо в клеточку.
Из двух зол умный человек выбирает меньшее. Игорь Леонидович, подумав, решил принять предложение авторитета. И угадал. Какие проверяющие, какой государственный контроль? Бандитская власть в городе казалась единственно возможной.
