Молодой человек приходит в себя на поле битвы без памяти. Его принимают за потерянного наследника клана Энхард, но сестра отказывается его признать. Пробудившаяся способность убивать демонов привлекает смертельного врага. Герою предстоит разгадать тайну своего прошлого и выжить в мире, где...
Если Амана говорила правду, то вина за все смерти лежала на клане Энхард.
Впрочем, сперва я собирался узнать, что заявляли об этой кровавой вражде в возможно-моем клане. Естественно, меня интересовала не официальная позиция Энхард, а то, что произошло на самом деле и было известно, скорее всего, только Старшей семье.
Узнать и только потом решить про себя, кто действительно виновен.
— Значит, исчезновение Кентона не относится к этой войне? — спросил я после паузы. — Оно ведь случилось уже после объявления перемирия.
— Клан Энхард не предъявлял нам претензий, да и брат мне говорил, что он не при чем. Думаю, дана Инджи знает, куда пропал ее внук, хотя и притворяется, будто не в курсе. Ну да это их дело."
"— Для тебя все это дико, да, Рейн? — с непривычным сочувствием спросил Кастиан. — В течение всего рассказа Аманы у тебя было такое лицо… Странно, что войны чужих кланов вызывают у тебя сильные эмоции, а нападения монстров и демонов ты воспринимал не моргнув глазом.
Если бы чужих…
Однако выдавать себя вот так было совсем не дело. Мне явно требовалось зеркало — и время, чтобы тренировать перед ним выражение лица.
— Демоны на то и демоны, чтобы убивать людей, — пробормотал я. — Но мне казалось, что люди должны относиться к другим людям лучше, чем к нам относятся всякие гаргуны и мариды.
На самом деле особых иллюзий в отношении людей я не испытывал — учитывая мой короткий, но насыщенный опыт общения с преследователями и потенциальными убийцами — но надо же было что-то сказать.
Затянувшееся молчание прервал Зайн.
— Мам, почему этот амулет светится? Ты же говорила, что рядом с башней никакая магия не работает.
Амана, хмурясь, взяла протянутую им цепочку, камень на которой действительно излучал слабый свет. Зажала его в ладони и некоторое время сидела, не шевелясь, будто прислушиваясь к чему-то. Потом кивнула собственным мыслям, раскрыла ладонь, позволив камню свеситься вниз, и поднесла его к моему топору. Камень засветился ярче, еще ярче… А когда коснулся лезвия, то запылал уже как маленький осколок солнца.
— Что ж, — сказала Амана. — Похоже, тут не работает только человеческая магия.
— А демоническая работает, — пробормотал я, наблюдая, как она убирает амулет, задачей которого, очевидно, и было показывать наличие такой демонической магии.
Амана потянулась было повесить полезную вещь себе на шею, но в последний момент передумала.
— Рейн, ты мог бы положить топор и отойти от него на несколько шагов?
— Зачем? — теперь пришел мой черед хмуриться.
