Вне клана — это история об обычной женщине, которая оказывается среди мертвецов после сильного удара. Её тело вдруг начинает двигаться самостоятельно, перепрыгивая через рвы и препятствия. Внутренний спор между необходимостью выжить и вопросами о правомерности такого поведения создает непредсказуемую атмосферу приключенческого романа....
«Сломать им шеи будет проще всего» — всплыла еще одна подсказка."
"Избавиться от свидетелей и сбежать?
Я бросил быстрый взгляд на свои руки, на сильные запястья, широкие ладони, крепкие пальцы. Откуда-то пришла уверенность, будто ломать чужие шеи очень легко. Будто я делал это уже много раз прежде… Но одновременно пришло понимание, что это неправильно — убивать людей вот так…
Я не успел ничего решить, поскольку дверь в дом открылась и внутрь шагнул один из тех людей, которые встретились мне на поле с мертвецами.
— Закончили? — спросил с порога. — Там еще двое живчиков ждут очереди, эти сами приперлись.
— Тут вишь какая загогулина, Мартус, — весело сказал Карик, — первый-то живчик непрост. Надо бы кого-нибудь из людей даны Энхард позвать, пусть на него глянут.
Я напрягся еще сильнее. Зачем людям этой неведомой даны на меня смотреть? Ясно, что дело связано с «особыми приметами», будь они неладны, но смысл-то у этого какой?
Брови Мартуса поползли вверх.
— Людей даны Энхард, говоришь? Да ну, быть не может.
— Наше дело маленькое, — буркнул Умос. — Есть приказ от даны всех живчиков проверять, мы и проверяем. Цвет глаз и цвет волос совпадает, родинки тоже.
Мартус смерил меня долгим взглядом, недоверчиво покачал головой.
— Ладно, я сам схожу, приведу кого-нибудь. А ты, парень, — обратился он ко мне, — голый не стой, оденься.
— Вы поняли, кем я могу быть? — потребовал я, все еще ощущая сильное желание избавиться от свидетелей — уже трех — и сбежать.
Мартус хмыкнул.
— Наши умники тут решили, что ты можешь оказаться пропавшим внуком даны Энхард. Но ты, парень, губу не раскатывай, уже много ложных опознаний было.
Я шагнул к тому месту, где лежала принесенная для меня одежда. Желание избавиться от свидетелей ушло, оставив недоумение. Отчего-то в моей памяти выражение «особые приметы» вызывало видение тяжелых ручных и ножных кандалов, глубоких шахт, а еще виселицы, стоящей на главной площади, а вовсе не пропавших внуков благородных дан.
— Устраивайся поудобней, парень, ждать придется долго, — посоветовал мне Карик, когда я оделся.
Снаружи дома послышался звук бегущих ног. Потом чья-то рука с силой толкнула дверь, и на пороге встала девушка. У нее было красивое, хотя и немного бледное, лицо, ярко-синие глаза и прямой тонкий нос. Стройная, статная, с темно-русыми волосами, убранными в замысловатую прическу, в платье скромном на вид, но из очень дорогого материала.
