Автор
В дремучей тьме комнаты, где запах свежего дерева мешается с древностью, ты лежишь. Ткань подошвы ваших ног царапает щеку, захрустело под твоими движениями. Открой глаза — не темно совсем, но и ясности мыслей все еще нет. Кто ты? Как здесь оказались? Стены из тонкой шифера лишь слегка укрыли тебя от мира безмолвной ночи....
Похоже, «Вне закона» относится к циклу. Ниже — другие найденные книги этой линии.
Лязгнувший рычаг сдернул затвор, который выбросил стреляную гильзу, а дружно сорвавшиеся с места олени, точнее двое из них, огромными, почти нереальными прыжками поскакали сперва в поле, а затем резко свернули к лесу. А тот, в которого я целился, лежал на боку, слабо подергивая всеми четырьмя ногами. А потом и дергаться перестал, затих.
– Говорил же, что хорошее здесь место, – ухмыльнулся я, поднимаясь на ноги и быстро заталкивая патрон в магазин.
Сменив кожаные перчатки на грубые брезентовые, я закинул винтовку за плечо, поднял утонувшую в снегу еще теплую гильзу, дернул с места санки на широких полозьях и потопал к темной туше, горой возвышающейся из снега.
Ну вот и добыча. Большой черный олений глаз равнодушно смотрит в серое низкое небо, язык вывален, снег возле морды немного кровью окрашен – легкие как раз и пробило, как и целился.
Схватив тушу за заднюю ногу, я перевернул ее на спину. Промявшийся снег так и зафиксировал ее, даже придерживать не нужно. Изогнутый нож мягко вышел из ножен, и я сделал первый разрез по шкуре убитого оленя, оттягивая ее в сторону и обнажая белую бескровную мездру.
Как ожидал, так и вышло, мясо в мешках свалил на санки уже тогда, когда сумерки собирались превратиться в ночь. Заодно заметил на опушке леска росомаху, тихо подошедшую, пока я возился с тушей. Залегла за корягой, вроде как спряталась. Ну да, будет ей теперь ужин. Росомахи здесь, к слову, крупные, больше тех, что «в той жизни» приходилось видеть, килограмм на тридцать подчас тянут.
