Автор
Вне зоны доступа — это дневник жестоких реалий социума, где инициатива стала ценным ресурсом. Встреча с подругой захлопывает окно настороженного мира: здесь каждый пытается выйти за рамки норм, чтобы показать другим свою самостоятельность и уверенность в себе.
Но Леська как будто помешалась на идее родить. Свято веря в то, что это позволит нам укрепить брак. Как будто наш брак в этом нуждался…
— Мне ее Карелина посоветовала. Помнишь Карелину? Редактора из отдела новостей? Хорошая баба. Говорит, семь лет с мужем старались, и все никак. А потом пошли к этой Стоцкой и о, чудо! Двойня… Представляешь?
Откровенно говоря, я не представлял. Мне хоть бы к мысли об одном младенце привыкнуть, а тут…
— Представляю."
"— Так вот, я почитала, что об этой Стоцкой пишут в сети, и если хоть половина из этих историй правда — мы на верном пути.
— Чудо-то какое…
— Эй! Ты, кажется, не рад?
— Я не знаю. У нас за последние годы сколько попыток было, а, Лесь? Зачем это все? У нас Светка есть? Есть. Вот не было бы её — я бы еще понял, а так…
— Так я и знала. Ты просто охладел ко мне. С тех пор, как я осела дома, ты…
— Это еще тут при чем?
— При том! Ты как будто отдалился от меня.
— Это неправда.
— Почему же я чувствую себя такой одинокой?
— Я в работе весь, под завязку… Ты же знаешь, Лесь.
Я перехватил ладошку жены и легонько сжал. Может быть, нашим отношениям и не хватало страсти, но Леську я любил. Как любят доброго друга, или боевого товарища. Я с ней сросся, сплелся корнями.
— Тогда… Пожалуйста, давай попробуем? Я тебе сына рожу…
Она улыбнулась своей фирменной улыбкой, и я согласился.
Даже когда почти год спустя она вышла из родзала, чтобы сказать, что Леська с ребенком погибли, я не сразу смог сосредоточиться на ее словах. Поначалу просто смотрел в ее посеревшее лицо, в попытке понять, куда делись присущие ему краски? Ведь даже васильковые глаза Стоцкой в тот момент выцвели, будто кто-то белил добавил в их яркую синь.
— Данил, вы меня слышите?
— Что?
— Мы сделали все, что могли.
— Что? — я попятился, чуть не сбил с ног медсестру, опрокинул тележку с лекарствами.
— Мне очень жаль.
Жаль? Ей было жаль?! Весь мой мир рушился, летел к чертям, а ей… ей было жаль?
Совсем рядом взвизгнули шины.
