Автор
В Загсовой обстановке я оправляю лёгкую ткань перед важной встречей, а мужчина регулярно смотрит в зеркало заднего вида. Я едва слышу слова водителя — он улыбается и разрекламирует предстоящий день, уверяя, что позже это воспоминание будет радостным. Всё это происходит скромно, но эмоционально я нервничаю, теребя выбившуюся прядь волос....
– Ясно, – отвечает он, открыто скользя по мне заинтересованным взглядом. – Чего так?
– Так получилось, – переминаясь с ноги на ногу, произношу я. Чёрт! Только десятый этаж. Мне катастрофически не хватает воздуха в присутствии этого человека, поэтому я гипнотизирую светящееся табло, отчаянно желая поскорее добраться до первого этажа.
Но у судьбы-злодейки свои планы на этот счёт. Вероятно, в прошлой жизни я что-то натворила, потому как следующие события и вовсе не поддаются объяснению. В лифте неожиданно гаснет свет, и кабина в тот же миг останавливается.
Кирилл, в отличие от меня, не теряется, а нажимает кнопку вызова диспетчера, сообщая о случившемся. Разумеется, женщина-диспетчер уже в курсе.
– Мужчина, не волнуйтесь. Совсем скоро вам помогут выбраться, – говорит она.
Пока Воскресенский беседует с работником, я прижимаюсь спиной к стенке лифта и закрываю глаза, несмотря на то что в помещении и так ничего не видно.
– Чёрт бы побрал этот долбаный лифт! – громко ругается Кирилл, тяжело дыша.
Воскресенский случайно дотрагивается до моей руки, заставляя вздрогнуть. Предательское тело моментально превращается в натянутую струну, а пульс уже набирает обороты. Даже не открывая глаз, я чувствую, что мужчина находится слишком близко ко мне.
– Давно вернулся в столицу? – вырывается у меня.
– Только с самолёта, – хрипло отвечает он.
– Надолго? – я едва узнаю свой осипший голос.
– Насовсем. – Я не вижу, но по звуку голоса понимаю, что мужчина, повернувшись, в темноте разглядывает очертания моего лица.
Возникает неловкая пауза, которая слишком надолго затягивается. В висках начинает стучать от давящей тишины. Мне кажется, что с каждой минутой, проведенной вместе с Кириллом в замкнутом пространстве, воздуха в лёгких становится всё меньше и меньше.
– Как жизнь? – в голосе сквозит холодом.
– Всё отлично.
– Муж, дети? – Мои щёки вспыхивают от неожиданного вопроса.
– Собираюсь замуж, – вру я, игнорируя вопрос о детях.
– Рад за тебя, Арина, – безэмоционально произносит Воскресенский.
– А ты? Как твои дела? – Я сцепляю пальцы в замок. Хорошо, что в лифте темно, иначе он смог бы увидеть, насколько я взволнована неожиданной встречей.
– Всё в полном порядке! – всё тем же тоном отвечает Кирилл.
