Внучка берендеева мечтает о замужестве, но её ждёт путь в чародейскую академию. Чтобы найти достойного жениха, ей предстоит не только учёба, но и преодоление семейных ожиданий и личных желаний. Судьба Зославе и выбора между долгом и сердцем создают напряжённую интригу.
Раздел Chitat.online для книги «Внучка берендеева в чародейской академии» помогает быстро понять, что это за произведение: автор, жанровая привязка, описание и полный текст собраны на одной странице.
Внучка берендеева мечтает о замужестве, но её ждёт путь в чародейскую академию. Чтобы найти достойного жениха, ей предстоит не только учёба, но и преодоление семейных ожиданий и личных желаний. Судьба Зославе и выбора между долгом и сердцем создают напряжённую интригу.
После карточки книги можно перейти к другим произведениям автора, близким жанрам, сериям и тематическим подборкам.
читать текст Екатерина Лесина Легкое чтение Фантастика Фэнтези подборки серии
Внучка берендеева мечтает о замужестве, но её ждёт путь в чародейскую академию. Чтобы найти достойного жениха, ей предстоит не только учёба, но и преодоление семейных ожиданий и личных желаний. Судьба Зославе и выбора между долгом и сердцем создают напряжённую интригу.
Используйте жанры, блок похожих книг, другие произведения автора и тематические подборки ниже на странице.
Проверьте описание, автора, жанры, дату выхода и соседние книги: это помогает понять, подходит ли произведение под ваш запрос.
Оттого и никто не сумел понять, какою ж это макарой Еська в женской мыльне оказался. И главное, сам-то опосля клялся, твердил, будто бы представления и малого не имеет, как оно вышло.
Я аккурат по лествице спускалася да пальцы все крутила, силясь Лойковы камушки не выронить. На первой-то позиции выходило, а вот уже со второй, про третью не кажучи, пальцы мои становилися дубовыми. И камушки падали. Я уж и так их, и этак, а они, подлючие, знай себе выскоквають…
Тут-то дверь и отворилася.
Да как отворилася, едва меня по лбу не приложивши. А из-за двери… сперва-то я решила, что девка эта наполохалась. Хозяин, он порой пошутить любит, вона за дверью-то визжали-верещали на все лады. Может, мыша пустил, может, жабу в купальню, а может, еще чего удумал.
Главное, девку энту я споймала… а уж после сообразила, что не такая какая-то девка.
Плечи широченные, бледные, но мышцою играют. А главное, что стриженая коротко… рыжая… стоит, головою мотает, глаза треть…
— Еська? — От уж кого встретить и не чаялось. Оне, конечно, человек с придурью, но вот чтоб охальничать, так того за ним не видела. А оно вона как…
Я и отступила… и полотенчико протянула, потому как негоже человеку в людных местах ходить, срам не прикрывши.
— Ты… — Он отряхнулся.
А лицо это побелело, ажно серым стало. Глаза кровью налилися, самого перекривило аж. Стоит. Полотенчико мое тискает, дышит сипло… и я стою.
Так и пялимся один на другого.
И сказать бы чего надобно, да только мову заняло. Дышим…
Бабы в мыльне верещать, и дверь хлопнула… от той двери Еська и отскочил, полотенчиком моим заслоняясь. А полотенчико этое, которое бабка еще вышивала, невеликим было, цельного мужика, хоть и лядащего, за ним не укроешь.
— Тут он! — взвизгнули, да так, что хоть уши пальцами затыкай. А следом в Еську полетел кувшин да глиняный. Еська от кувшина-то уклонился, а он, о стену ударившися, разлетелся мелкими осколочками, варом плеснул…
А вот чобот девичий в Еську попал…
…и другой кувшинчик, с ружовым маслицем, которым боярыни опосля омовением телеса свои мазали для духмяности и белизны особое… кувшинчик этот парпоровый аккурат в лоб и угодил.
Но ничего, от масла ототрется. А ежель нет, побудет пару деньков духмяным да белым, от энтого здоровью вреда не будеть, польза одна.
— Бей его, девоньки! — раздался рев.
И Еська попятился к лестнице.
— Беги. — Я встала перед дверью и плечиком ее придавила. А то ж с девок станется… девки-то, оне только с виду хилые, небось, слышала я, как в Яцуках мужичка одного вениками до полусмерти забили за то, что в баньке подглядывал. Оне-то, конечно, не боярского роду были, да только мнится мне, что с нонешней знатности Еське малое облегчение выйдет. Без веников, глядишь, вусмерть не забьют, да и все одно позору не оберется.
