Автор
В библиотеке Кэмден Ротермер, маркиз Пембридж, задумчиво разглядывал Пенелопу Торн — девушку, которая казалась идеальной для любой дамы. Но не ей одной, а всему обществу. Вместе с его взглядом он возвращался к тайне своей ошибки, которую сделал еще когда она была ребёнком. Теперь он стремился хоть как-то извиниться за свои поступки перед Пенелопой, даже если это означает признать свою неправоту и расправить плечи....
Похоже, «Во имя любви» относится к циклу. Ниже — другие найденные книги этой линии.
Ночь была невероятно холодная, и даже в этой комнате с пылавшим камином Пен дрожала от холода под несколькими одеялами. Возможно, Кэм и впрямь хотел ее, но она доверяла его самообладанию. И, наверное, не следовало заставлять его мерзнуть в общем зале, в то время как она завладела удобной кроватью.
Пенелопа накинула на плечи клетчатую шаль и, отворив дверь, осторожно выглянула в полутемный коридор. Она надеялась встретить услужливую горничную, но, не обнаружив таковой, решила спуститься вниз.
Но время словно повернуло вспять – все повторялось в точности так же, как в то утро, когда она попыталась сбежать от Кэма.
– Что случилось, Пен? – внезапно послышался его голос.
Девушка вздрогнула от неожиданности и, повернув голову, заметила своего спутника, сидевшего у противоположной стены и завернувшегося в плащ.
– Боишься, что я сбегу? – спросила Пенелопа.
– Нет. – Кэм потер кулаками глаза, и даже в тусклом свете коридорных ламп Пенелопа разглядела на его лице печать усталости. Но неужели его так измотало вожделение? Или же она просто выдавала желаемое за действительное?
– В таком случае что ты здесь делаешь?
Герцог пожал плечами.
– Да, ничего… Ведь в твоей комнате я нежеланный гость.
Пенелопу охватило чувство вины. В коридоре было значительно холоднее, чем у нее в комнате.
– Я думала, ты спустился вниз. Там же есть камин…
– И не меньше сотни людей, большинство из которых заражено вшами и лишь отдаленно знакомо с мылом и водой. – Поморщившись, Кэмден потянулся, а потом медленно поднялся на ноги.
Пенелопу же вновь охватило чувство вины. Кэм ничего не сказал, но она догадалась, что он остался здесь, чтобы ее охранять.
– У меня вшей нет, – сказала она, поплотнее запахивая на груди шаль. Несмотря на бархатный халат и старушечью ночную сорочку из фланели, Пенелопа, заглядывая Кэмдену в глаза, чувствовала себя обнаженной; она никак не могла забыть его пылавший страстью взгляд. «Господи, если так все будет до тех пор, пока мы не достигнем берегов Англии, то я попросту сойду с ума», – подумала она, невольно вздохнув.
– Пока нет, – сухо ответил Кэм. – Но до Генуи еще далеко, так что каждую ночь нам придется проводить в таком же заведении, как это.
Пенелопа снова вздохнула. Наверное, ей следовало выразиться яснее. Странно, ведь они с Кэмом всегда понимали друг друга с полуслова…
Стараясь не думать о том, что этот мужчина видел ее обнаженной, Пен проговорила:
– Ты можешь войти.
К ее удивлению, Кэм не спешил воспользоваться приглашением.
