Вечер прохладного осеннего города становится опасным гнездышком бандита. Его хитрые планы переплетаются с жаждой спасения одного из подростков в отчаянии. Вдали соблазны и страх, а внутри — незримый взгляд, как будто ужинает на кровавых берегах опасностей, готовясь к решающей битве за выживание....
— Руслан Александрович, — Вяземский откашлялся и подал голос, — Валерия не занимается подбором аппаратуры, и ее установкой, она работает с людьми, определяет кто и на какую должность может претендовать, — кажется мой начальник понял, что дело пахнет жаренным и решил за меня вступиться, не отдавать меня в лапы этому зверю?
— Разве она не знает, чем торгует ее фирма? Какие товары у вас есть и для чего они подходят? — Руслан свел брови и бросил взгляд на Вяземского, который тут же сник, и я поняла, что на этом его помощь закончилась.
— Знает, — Вяземский опустил голову и мне стало совсем хреново, я подошла к креслу. На которое мне нужно было сесть и решила не доводить все это до критической точки. Нужно узнать что нужно этому ублюдку, а после пускай валит на все четыре стороны.
— Вышел, — Руслан крикнул это моему начальнику, и я тут же напряглась. Какого дьявола он творит?!
Но кажется Вяземский не был настроен спорить с Русланом, потому как он тут же подорвался и вылетел из кабинета. Ну все, я чувствую, как под ногами припекает огонь из преисподней, сатана лично вызвал меня на прием.
— Скучала? — его губы кривятся в зверином оскале, а меня бросает в холодный пот. В его глазах я вижу то, что видеть никогда бы не хотела.
— Не дождешься, — шиплю сквозь стиснутые зубы и с вызовом смотрю на мужчину. Мне надоело все это! С чего он взял, что может на меня претендовать? Приходить на мою роботу и мне приказывать? У моего мужчины с ним какие-то дела, но никак не со мной.
— Все брыкаешься? Плохо усваиваешь уроки? — он улыбается уголками губ, а глаза остаются холодными, и от этого я обнимаю себя руками.
— Я не понимаю с какой целью ты сюда пришел, — принимаю решение перевести разговор в другое русло. Его урок я усвоила очень хорошо. Нельзя оставаться с ним наедине и в данный момент я нарушаю свое же правило. Я остаюсь с ним в кабинете тет-а-тет и понимаю, что, если он даже захочет перейти за черту мне никто не поможет, меня никто не спасет.
