Женщина, которая для меня навсегда останется идеалом. Я таких, как она, и не встречал — верных, добрых, нежных и в то же время со стержнем внутри. Другая бы с отцом и не ужилась.
— У тебя все в порядке? — мягко интересуется она, давая понять, что вопрос неспроста.
— Порешал кое-что, — отмазываюсь привычно. Обнимаю крепче. — Обалденно выглядишь. Кажется, у тебя не день рождения, а день «минус десяточка», а?
— Ой, хитрец, — улыбается она еще шире. — Идем к столу. Тебя все потеряли.
— А ты? Почему я не застал тебя пару часов назад?
Она загадочно улыбается, но не отвечает.
Но в глазах — счастье. Значит, порядок. Впрочем, батя и сам строго следит за тем, чтобы она не плакала. Пацаном я пару раз видел, как он трясся над ней, когда мама серьезно болела. Наверное, с тех пор у меня и въелось вот это понимание, как должна выглядеть семья. Но ничего подобного я и близко не видел вокруг себя. Не было женщин, которые хотя бы приблизились к моему идеалу.
Семья за столом вовсю празднует.
Сестры сидят, пока их мужья возятся с детьми. Я уже собираюсь пойти к ним, как вдруг дядя Алекс тормозит меня:
— Ну, и как? Решил проблему-то?
А взгляд у него такой ехидный-ехидный.
— Естественно. Были сомнения?
Он переглядывается с моим отцом. Тот глубокомысленно хмыкает.
— Вить? — мама вопросительно смотрит то на одного, то на другого. — Саш?
— Да вот прикидываю, как быстро на моего племянника подадут в суд за домогательства в офисе.
Мама охает, смотрит на меня с осуждением.
Ей даже говорить ничего не надо. Я же стискиваю зубы. Формально — да, есть причины для такой подъебки.
— Но всегда есть варианты, Мишань, — добавляет дядька, а затем, довольный собой, помогает своей супруге подняться из-за стола и идет к внукам и зятьям. Я же остаюсь под прицелом сестер и родителей.
— Ну, Миша, — фыркает Дашка, качая головой, пока остальные смотрят на меня с осуждением. Все, кроме бати. У него на лице вообще хрен что прочтешь.
— А девочка хорошая? — с надеждой спрашивает мама. Я только закатываю глаза.
— У дядьки спроси — он, похоже, лучше меня ее рассмотрел, раз придумал там что-то.
В этот момент Данька издает победный клич, и все внимание переключается на детскую площадку, а я выдыхаю с облегчением. Еще не хватало мне семейных поучений.
Остаток вечера проходит спокойно. Даже дядька и тот не цепляется, даже взглядов многозначительных больше не бросает.
