В центре сцены стояла девочка-ворона — хроникарь жизни и смерти, за которой следили все. В душе же у нее жил зверь, страсть волчицы. Когда она появилась на пороге бара, Николай сразу понял: её жизнь тянется к концу, и каждый здесь хочет её выкинуть. Но в ней пламя, что превращает её в воина неуловимых моментов, пока дух зверя не заставит её уступить место себе....
И они не заставили себя ждать.
– Встань снова на колени…. Вот так… выгни спину…сильнее…, – Захар рукой прогнул спину Агаты, так чтобы попа была доступна.
Взяв в руку налитый кровью член, он приставил головку к анусу. Чуть-чуть надавил. Вынул. Снова чуть-чуть надавил, уже глубже. Агата рычала в траву, но старалась не двигаться. Теперь она уже сама предпочла замереть и вверить тело в полное распоряжение Захара.
– Какая ты тугая….
Волк бесновался. Она девственна, никто ни разу не бывал в её попе. Он будет первым….
Головка полностью вошла в раскрытый анус, и Агата захлебнулась воздухом. Её волчица возликовала. Вот он, тот, о ком она мечтала долгими лунными ночами… Самец, способный сделать её счастливым. Самец, от которого она с удовольствием понесет. Самец, который не побоится её свободолюбивого характера…
Дальше последовало осторожное, но полное проникновение.
Было больно. На один краткий миг Агате даже захотелось вырваться из цепких рук Захара. Его член до предела растянул узкий проход, и возникло чувство предельной наполненности.
Девушка ничего с собой не могла поделать – у неё вырвался глухой протяжный стон боли.
Захар замер, давая возможность привыкнуть.
Прошла секунда…другая….
И преодолев внутренний протест, Агата вместо того, чтобы избежать дальнейших болезненных ощущений, сделала качок бедрами. Немного вперед и снова полностью назад.
– Ааа….
Член мужчины был полностью в её попе.
Давление внизу живота усилилось.
Между тем, Захар начал двигаться. Первых два толчка с осторожностью, а потом, поняв, что волчица принимает его в анус, усилил темп. Из его горла вырывались хрипы, он откинул голову назад, наслаждаясь новым проникновением.
Более того, его длинные пальцы снова скользнули к животу и теперь проникли в лоно Агаты. Получилось едва ли не двойное проникновение.
"Девушка забилась в его руках, когда поняла, что он имеет её сразу в две дырки, как и грозился. И это было…невероятно сладко. До умопомрачения сладострастно. От сильных движений Древнего её тело качалось вперед-назад, груди колыхались, соски соприкасались с прохладной травой. Боль от проникновения притупилась, но не исчезла. И она только добавила остроты ощущениям.
– Я порву тебя, негодница, – прорычал Захар и потянул девчонку на себя.
