А еще ужасней все стало, когда я услышала разговор двух мужчин, с которыми совсем недавно общалась, просила помощи.
Я как раз вышла на балкон, спрятавшись за балюстраду, закурила.
Услышала мужские голоса, шагнула в тень, потушила сигарету.
- Ты видел Корееву?
- Да. Выросла девочка.
- Что думаешь?
- Пусть побегает. Потом пригрею.
- Эй, я первый!
- Посмотрим…
Они уже давно ушли.
А я так и осталась стоять, привалившись к холодной стене и сжимая в кулаке потухшую сигарету.
Эти двое мужчин, приятели моего отца, совсем недавно по-отечески утешали меня, клали ладони на плечи.
Говорили о том, что сделают все возможное. Смотрели в глаза.
Я почувствовала внезапную резь в животе, еле успела согнуться, и меня вытошнило выпитым шампанским в куст сирени.
Потом вытерла губы, постояла, подышала. И пошла прочь.
Гордо выпрямив спину.
И твердо решив добиться своего.
Вернулась в гостиницу. Выкурила полпачки сигарет. И нашла самый легкий и реальный способ достать.
Сейчас эра интернета! Если поднять крик на весь мир, то неминуемо обратят внимание на происходящее компетентные органы, которых еще не прикормили «Дети Неба»! Это здесь, в родном городе, все куплено.
Но есть же Москва! И есть международные организации!
Надо написать!
Надо найти способ!
И я нашла. Именно с помощью своих иностранных друзей подняла крик, начала собирать подписи на повторное рассмотрение дела, в нескольких уважаемых интернет-издательствах появились статьи по моей теме.
Потом позвонили из прокуратуры родного города, пригласили на беседу.
Я пришла с включенной камерой смартфона.
Толку от встречи не было, но все опять попало в интернет.
Короче говоря, я начала полномасштабную акцию по возврату своего брата и своего имущества. И делала это с воодушевлением.
А потом…
Потом мне позвонили.
Когда рушится мир.
- Ульяна? – голос говорившего был тихим и каким-то… Безжизненным, что ли… - Вы развили серьезную активность.
- Кто вы? Представьтесь! – я тут же нажала на значок специальной программы, позволяющей записывать разговор.
- Это неважно. И можете отключить программу записывания. Ничего особенного я вам не скажу. Это просто беседа. Дружеская.
- Слушаю.
- Пока вы развлекаетесь, борясь с ветряными мельницами, ваш брат расстраивается. Это был его осознанный выбор, и ему становится очень не по себе, когда он видит, что вы хотите разрушить его жизнь…
- Дайте мне поговорить с Кириллом, - потребовала я, уже понимая, что имеет в виду собеседник.
- Он не хочет с вами разговаривать.
