В штабе Руссиянова собрались ключевые лица: я и мой заместитель Гладченко. Мы уже выезжаем на встречу с Аверьяновым, когда тот уже спешит узнать у нас что-то новое о группе Гудериана. Вопреки всем подозрениям, я был практически уверен в том, что это касается плана наступления силы Гудериана к Минску с юга....
Тоном, тоже не терпящим возражения, Александр Васильевич потребовал, чтобы оперативный записал и доложил Маландину, как только он освободится, просьбу немедленно связаться со штабом 13-й армии.
Ожидая звонок из штаба фронта, мы продолжили наш разовор.
— Да… Так вот, у меня сложилось такое же мнение. Поэтому полковник, вам придется принять на себя командование всеми частями и подразделениями в районе Борисова.
— Товарищ генерал, на свое место я вам предлагаю командира первого танкового батальона капитана Якубовского.
— Не понял, как это понимать?
— Я командовал бригадой временно, пока мы не выйдем к своим. У меня есть более важное задание, доставить секретную технику на полигон бронетанкового управления в Кубинку.
— А что за техника?
— На словах это не то…
— Уговорил, приеду под Борисов через день-два, покажешь! А сейчас подожди, тебе выписку из приказа вручат о подтверждении твоих полномочий.
Выйдя наружу, недалео от мельницы нашел Нечаева.
— Ну как?
— Перед тобой полковник Волков и командир борисовского оборонительного участка…
— Ну что-то такое я и предпологал… А за меня разговор был?
— Пока нет, но еще как говорится — не вечер…
Долгими нам показались последующие полтора часа.
Из трубки послышался как я понял ситуацию, голос генерала Маландина. Сразу же выяснилось, что фронтовое командование полностью обновлено, как и в моем времени: Павлова сменил генерал-лейтенант Еременко, срочно прибывший с Дальнего Востока, а Климовских — он, Герман Капитонович.
— Я вынужден был подписать бумагу, текст которой вам передан, по настоянию товарища Ворошилова. Она была составлена еще до нашего с генералом Еременко прибытия. В настоящий момент Климент Ефремович более не настаивает на выполнении этого, данного ранее распоряжения.
"— Не исключено, — продолжал новый начальник штаба фронта, — что, если мы не примем чрезвычайных мер, эти важные в оперативном отношении пункты будут захвачены врагом с ходу и он легко преодолеет Березину. Кое-что нами уже сделано.
