Жанр
Воевода ощущал вокруг себя подозрительную тихость, как будто мир готов в любой момент обрушиться на его людей. Белое пространство реки казалось наполненным скрытыми опасностями, и лишь спокойствие окрестностей не выдавало истинного положения дел.
Ты Имперский граф – это серьезный и уважаемый титул. Он откроет тебе многие двери. От своего имени я смогу заверить, что подключу все свои связи, чтобы помочь тебе устроиться.
– Зачем мне уезжать?
– А ты разве не видишь, что происходит?
– Мне не хватает сведений, чтобы сделать честный вывод. Без натяжек, обид и выдумок.
– А мне хватает. – твердо произнес Игнатий. – Тебя сожрут. Поверь, я бывал в такой ситуации и лишь чудо позволило мне выжить.
Андрей молча кивнул.
– Я не прошу тебя сделать выбор сейчас.
– Грамоты? – напрягся воевода.
– Вот эта, – произнес он, протягивая свиток, – охранная. С ней ты сможешь свободно пройти через Литву и Польшу. Я знаю о том, что потомки внуков Роговолда к тебе относятся очень скверно. Дескать, самозванец, который претендует на их наследие. Но напасть на обладателя сей грамоты они не посмеют.
– Ясно.
– А вот эта, – протянул он второй свиток, – моя личная рекомендация. У тебя есть репутация. У тебя есть трезвая голова на плечах. Но лишняя рекомендация не помешает. Опять же – только в глазах настоящих католиков. Это я особенно подчеркиваю, ибо французы… ну ты и сам про них немало знаешь, как и про протестантов…
– Благодарю, – произнес Андрей вполне искренне.
– Всего тебе доброго, – попрощался Игнатий де Лойола. Выслушал ответную фразу своего визави и удалился.
А меньше чем через час латинская делегация отбыла из Тулы. Сначала она отправилась в Москву, чтобы отчитаться Царю, а потом домой через Смоленск и Вильно. Причем Вильно для них был не менее важен, чем Москва. Ведь Король Польши и Великий князь Литовский обеспечил их проводниками и переводчиками из числа служащих при нем доминиканцев.
Андрей же остался в самых расстроенных чувствах, охваченный тревожными мыслями. Шутка ли? Даже люди со стороны видели не вооруженным взглядом, как над воеводой сгущались тучи, то как же плохо обстоят на самом деле? Хотя парень не исключал и того факта, что иезуит занимался банальным «хедхантерством». Поэтому хоть и получил очередную дозу негативных эмоций и волнений, но с выводами и тем более поступками не спешил.
