Жанр
Воевода ощущал вокруг себя подозрительную тихость, как будто мир готов в любой момент обрушиться на его людей. Белое пространство реки казалось наполненным скрытыми опасностями, и лишь спокойствие окрестностей не выдавало истинного положения дел.
В первую очередь для них.
А ведь пищали у стрельцов были местными, дурными. И порох далеко не идеал. Его даже не гранулировали еще. Мякоть пороховую. Нет, оно понятно, грануляцию в Испании, Италии и Франции уже использовали в полный рост. Примитивную. Через дробление. Но то – там. А здесь, на Руси, она еще не утвердилась.
Но даже с помощью этого дурного инструмента удалось произвести ТАКОЙ эффект, что Андрей больше впоследствии ни от одного из очевидцев не слышал, что оружие огненного боя, де, погань.
Наконец – тишина.
Стрельцы остановились, расстреляв по восемь газырей. Андрей, не сильно парясь, так их и назвал. Устал выдумывать. Тем более, что смысл у этого слова имелся вполне подходящий[42].
– Первая турма копейщиков, спешиться. – скомандовал воевода. – Взять короткие копья и добить там всех. Кроме командира.
Сигнальщики без промедлений отработали.
Турма эта стояла в двух шагах, поэтому обошлись без звуковых инсталяций и махания флажками. Спиридон сам стоял рядом и прекрасно все слышал.
Копейщики спустились на землю. Передали коней коневодам. Сдав свои длинные копья ломового боя им же. Сами же сняв короткое копье, что возилось за спиной на плечевом ремне, как винтовка, пошли вперед. Само собой, удерживая в левой руке большие щиты-капли. От греха подальше.
Дальше все произошло просто, достаточно быстро и бесхитростно. Деморализованные и раненные противники практически не оказывали сопротивления. Поэтому их легко перебили.
Исключая предводителя. Которого взяли в плен. Пусть и не сразу. Он немного попытался огрызаться. Но его тупо смяли, прижав большими щитами.
– Лихо… – тихо констатировал Кондрат, махнув головой в сторону разгромленных ногайцев.
– Жутко, – согласился с ним Спиридон.
– Обычное дело, – пожав плечами, ответил Андрей. – Это вы еще не видели, как мушкетеры палят. Там руки-ноги отлетают в разные стороны, а головы лопаются как спелые фрукты.
– Мушкеты… охохохо… – произнес Кондрат и покачал головой, явно раздосадованный услышанным.
Одна хорошо проведенная презентация позволила преодолеть предрассудки бойцов целого полка. Раз. И мозги встали на место. И уже на ближайшем биваке по лагерю пошли разговоры о том, что было бы здорово луки вот такими вот игрушками заменить. Только чтобы с коня можно было стрелять. Очень уж действенным оказался огонь. Очень уж результативен.
