Жанр
Воевода ощущал вокруг себя подозрительную тихость, как будто мир готов в любой момент обрушиться на его людей. Белое пространство реки казалось наполненным скрытыми опасностями, и лишь спокойствие окрестностей не выдавало истинного положения дел.
И голод мне не нужен.
– Токмо Всевышний о том ведает, – пожал плечами Агафон. – Если воду льдом затянет, струги не пройдут.
– Пошли навстречу людей. Первый лед тонкий. Его можно бить и ломать. Тяжело. Но зерно нужно провести в город. Сам знаешь – на зиму большие работы задуманы. И работников нужно кормить.
– Понимаю и сделаю все возможное.
– Очень надеюсь. Сколько удалось сговорить крестьян да бобылей?
– Пока немного. Но ближе к Рождеству сами потянутся. Голод – не тетка.
– Почему? Не успел или что-то помешало?
– Они не шибко верят в твои обещания.
– Понимаю…
Андрей еще немного с ним поболтал. После чего отправился в свои палаты. Вечерело. А дел еще хватало. Самых разных.
Например, читая очередное письмо супруги, он с удивлением обнаружил в общей логике экономического развития своей вотчины огромную дыру. У него не имелось банальной лесопилки, что распускала бы бревна на доски и брусья.
Мелочь. А очень важная мелочь. Из-за которой многие работы тормозились и усложнялись.
Понятно, что тесанные доски получали несколько прочнее пиленных. Но и кардинально дороже, как по деньгам, так и по человеко-часам. И это срочно требовалось исправить. И не только это.
Глава 6
1555 год, 2 ноября, Тула
Раннее утро.
Еще темно, но петухи успели основательно разбудить всех в округе. Так что на литургию успели даже те, кто желал бы ее проспать. Хочешь не хочешь – проснешься, когда всякого рода пернатые динозаврики[6] надрываются и орут в течении достаточно длительного времени.
И Андрей тоже проснулся, хотя с удовольствием бы прогулял сие мероприятие. Но, увы, не мог. Он ведь теперь воевода городского полка и не мог преимущественно сидеть в своей вотчине. Очень хотелось, но обстоятельства не позволяли. Из-за чего парень отчаянно рефлексировал.
Постановка его воеводой – логичный и закономерный итог деятельности. Рано или поздно это должно было произойти.
"Понятное дело, были и другие варианты, но этот сценарий среди прочих – вполне себе жизнеспособный. И он к нему психологически был готов. Однако все это произошло слишком быстро. Катастрофически быстро. Из-за чего завершить основные преобразования в вотчине Андрей просто не сумел. Отчего немало терзался душой.
И дело не в идейности или еще чем-то таком. Нет. Вотчина – это его тыл.
