Жанр
Воевода ощущал вокруг себя подозрительную тихость, как будто мир готов в любой момент обрушиться на его людей. Белое пространство реки казалось наполненным скрытыми опасностями, и лишь спокойствие окрестностей не выдавало истинного положения дел.
Не очень громкая. Не очень бурная. Стихающая после нескольких нервных реплик. Однако то и дело возобновляясь и доносящаяся до ушей всадников. Отчего Андрею, что ехал со своими людьми сквозь эту толпу, было не по себе. Сравнивать себя с пророками было крайне стеснительно и неловко. Даже вот так. Хотя ловил он на себе и неприязненные взгляды. Точнее их он скорее чувствовал, потому что ни разу так и не смог приметить недоброжелателей, хотя и вглядывался…
Наконец парень добрался до палат воеводы в кремле. И, спешившись, вошел внутрь.
Воевода его уже ждал внутри.
– Доброго дня, – произнес Андрей, начиная стандартную здравницу. Впрочем, не сильно затягивая.
Выслушал ответ. И вручил воеводе грамоту, которую от Царя ему вез, о назначении первым воеводой в Рязань. В город более тучный, сочный и многолюдный. С большим полком. Вторым по численности после новгородского. Полторы-две тысячи помещиков – это сила немалая. Да и стоит он в стороне тракта крымского. Оттого грозных набегов на него татары и не производили ныне, лишь слегка терзая.
– А сюда кого? – прочитав грамоту, поинтересовался воевода.
Андрей вручил ему вторую грамоту. Ту, в которой говорилось о том, чтобы он передавал дела верному слуге Государя Андрею сыну Прохора, графу Триполи.
– Графу Триполи?! – удивился воевода. – Это что за звание такое невиданное?
– Кесарь римский наградил меня им за битву на Гоголе.
– А не грешно тебе было принимать такой титул? Латинянский же.
– Государь принял решение о том, чтобы я его принял. А кто я такой, чтобы оспаривать его решение?
– И то верно, – чуть помедлив, кивнул воевода.
Титул Имперского графа-крестоносца был воспринят им очень неоднозначно."
"Этот титул был латинским и вызывал у него смешанные чувства. В том числе и потому что этот титул не вписывал Андрея в местную местническую систему. Во всяком случае явно. Он оказывался как бы вне ее.
