Жанр
Воевода ощущал вокруг себя подозрительную тихость, как будто мир готов в любой момент обрушиться на его людей. Белое пространство реки казалось наполненным скрытыми опасностями, и лишь спокойствие окрестностей не выдавало истинного положения дел.
Все, кто не был еще в пределах крепости, встрепенулись и бросились под защиту стен. А если до крепости бежать казалось далеко, то в ближайший лес. Главное – подальше от незваных гостей.
Однако отсутствие ворот и не функционирующий подъемный мост вдохновлял ногаев. Все складывалось как нельзя лучше. Люди в основной массе не разбегались по округе, а сразу лезли в мешок. А там, как им сказывали, были и ремесленники, и молодые женщины, а то и миловидные юницы, отбитые из полона пару лет назад. Что особенно ценно…
И вот ворота.
Деревянный настил моста не был еще прикреплен к подъемному механизму. Поэтому он лежал неподвижно.
Створок также еще не навесили. Поэтому проход был свободен.
Там, в глубине, виднелись какие-то телеги. Но они не казались непреодолимой преградой.
А зря…
Когда первые всадники уже застучали копытами по настилу подъемного моста, из-за телег начали выглядывать воины в доспехах, со щитами-каплями и копьями в руках. В хороших доспехах. Тех самых стрельчатых ламеллярах да со шлемами с полной бармицей кольчужной и полумаской.
Волков Андрей там больше не рисовал. От греха подальше, а то и так масса обвинений и не самым приятных слухов. Волк у него остался только на личном прапоре. Все остальные красовались с исключительно христианской символикой – хризмой.
Телеги, которые, казались издалека, брошенные кое-как, на самом деле было собраны в своего рода мешок. И скреплены друг с другом.
Этот «мешок» оказался довольно большим. Достаточным для того, чтобы отряд из сорока трех конных сумел в него влететь и разместиться.
Ногаи закрутились.
И заметили, что не только за телегами воины.
