В большой зал вернулись только два: князь и его воспитанник. Места для них заняты последними участниками сражения, теперь единственным переяславцем среди гостей стал сам великий князь. Все остальные — куда исчезли и вернутся ли, это точно знает только Рысь.
Когда до ближних рядов пехоты оставалось примерно четыре перестрела, Буран вдруг качнулся влево, будто оступился, и Всеслав наклонился в седле, едва успев приметить, как мелькнуло что-то прямо перед лицом и звякнуло справа.
— Ты глянь, какой меткий, сука! — со злым удивлением бросил Гнат. Держа в руке меч, которым и отбил арбалетный болт, долетевший явно на излёте. — Янко!
— Уже-е, — протянул латгал после отчётливого щелчка мощной тетивы. — Не на-адо торопи-иться.
А в рядах противника послышались удивлённые возгласы.
— Ян, первую! — скомандовал Чародей. И через полмига в голубое небо взвилась, оставляя серый след, будто за самолётом из далёкого будущего, стрела.
На высоте метров сорока над задравшимися вверх головами латинян полыхнуло и раздался гром, неожиданный и очень напугавший их коней. А на месте вспышки повисло густое серое облако. Формой вполне похожее на череп.
— Помогай, батька-Днепр! Помогай, Дед Речной! Мара-Марьяна, помогай и ты! — выкрикнул отрывисто князь, вскочив обеими ногами на седло, выпрямившись над ледяным полем во весь рост.
Северяне озирались, не понимая, что происходит. И больше странного поведения вождя русов их пугало то, что все его воины разинули рты так, будто орали что-то изо всех сил. Но звука не было.
— Помогайте, Боги! Не дайте силе вражьей гулять по земле нашей! Не дайте уйти от наказания тварям иноземным! — второй хлопо́к заставил первые ряды крестоносцев перейти на бег. Конные начинали отрываться от пехоты, грозя длинными остриями копий.
