Воин-Врач - это история о мужестве и долге, когда обычный человек оказывается в неожиданной ситуации: он должен выйти на сцену, чтобы спасти людей. Вместе со всем миром, вспыхнувшим от битвы, он стал свидетелем событий, которые изменят его жизнь навсегда. Здесь каждый шаг важен - и большие задачи, и мельчайшие детали....
Что думаешь дальше делать? — дед был не похож на пациента, только что утратившего надежду на выздоровление. И интерес его был со слепым глазом не связан. Он, кажется, и с одним видел намного лучше и больше, чем остальные с двумя.
— Мы со Всеславом очень похожи. Мы каждую ночь словно за столом сидим и друг другу истории из жизни рассказываем и показываем. Ему многое в моей не понятно, мне — в его. Но она у нас теперь одна. И беречь её мы будем оба. Недавно очень неплохо получилось, — вспомнился бой с Йоргеном.
— Рысь, расскажи, что ты заметил? — внезапно переключился Буривой.
— Говорить Славка меньше стал. Будто сам с собой внутри советуется, прежде чем сказать что, — отозвался друг после кивка с моей стороны. — Быстрее стал, двигается по-другому. Безоружному бою я бы у него сам поучился — с одного удара падлу ту кончил.
— А бой тот, его как запомнил? — почему-то дед напомнил матёрого автомеханика, который ставит диагнозы по «дын-дын-дын» и «шшш-чик, шшш-чик».
— Не знаю, как сказать. Когда меч вылетел — Славка будто опешил.
— И тебе, Гнат, за правду твою благодарность моя, — чуть кивнул седой головой Буривой, снова вперившись в меня.
— А как звать-величать тебя, гость дальний?
— Зови врачом, — ответил я. Нынешней ночью пришла на память ещё одна история из тех, что слушал в деревне за забором сосед Лёша.
— Почему? — он даже голову чуть к правому плечу склонил.
— Привык, — пожал я княжьими плечами. — Всю жизнь так звали, «врач» или «доктор». «Врач», говорят, от старого «вьрати» — говорить, заклинать. Тоже коллегами будем, соратниками, в одних должностях.
— Ты по два раза одно и то же не поясняй, Врач. Вы, по твоим рассказам, больше позабыли, чем нового навыдумывали, — чуть брюзгливо отозвался Буривой.
— Хорошо. Значит, долг наш такой теперь: тебе — меня старому научить, а мне тебя да прочих — новому, — кивнул я.
— Это перед кем же я столь задолжал? — изломил бровь волхв.
— Перед собой самим, землёй родной да людом русским! — Всеслав проявился неожиданно, как мастер по айкидо, незримо-плавно.
