Жанр
Война на Дунае тяжело задерживает читателя. Десятки раненых и солдат приближаются к госпиталю, где главный врач Егоров суетится, стараясь обезболить всех как можно быстрее. В этом жутком поле боя, полных тел и крови, дыхание становится сильнее.
Будете пользоваться свободой в передвижении. Пропуска для комендантских патрулей на руки получите. Смотри, Тихон, очень внимательно за пруссаками смотри, и за их дружками британцами. Память у тебя на лица хорошая, вот всех и запоминай. На чём ездят, в какие шатры ныряют, какое вооружение имеют? Всё, братец, примечай.
– А ведь мы с вами есть очень хороший знакомый, – изволил заметить Егорова в один из дней подле переговорных шатров прусский атташе. – Вы, если я не ошибаться, Егорофф Алексий, и вы всё ещё не есть генерал? – кивнул он на полностью золотой горжет русского полковника.
– Спасибо, барон, – усмехнулся Лёшка, – но мне хорошо служить и полковником в самой доблестной армии мира, в русской. Для меня чин в ней на две, а то и на три головы выше любой иноземной будет. Кстати, а как поживает ваш семейный штуцер? – не преминул он ответно уколоть Корфа. – Надеюсь, что он всё так же хорошо и надёжно служит своему хозяину, как и прежде? Было бы очень интересно опять подержать его в руках.
– Да, спасибо, у вас хороший память, полковник, – мило улыбнулся пруссак. – Штуцер служить мне так же, как и раньше. Он стрелять ещё лучше и даже убить два русский медведь на охота в прошлый зима. Я полагать, вы ведь тоже ходить на охота?
– Только если на людей, – пожал плечами Алексей. – Вернее, на врагов моей страны.
– Но мы ведь не есть враги? – посмотрел на Егорова с улыбкой барон.
– Я очень на это надеюсь, – Алексей посмотрел в глаза Корфу, и тот не выдержал этого прямого, твёрдого взгляда.
– Иоганн, – позвал пруссака выглянувший из шатра господин с какими-то водянистыми, прозрачными, словно у рыбы, глазами. Он чопорно с головы до ног оглядел стоящего неподалёку русского офицера и, презрительно скривившись, нырнул обратно за полог.
– До встречи, полковник Егорофф, – улыбнулся барон.
– Глаз не спускайте с этих двух, – кивнул егерскому караулу на задёрнутый полог Егоров. – Один из этих господ пруссак, другой английский военный посланник, а разницы между ними никакой нет, одного поля вся эта ягода, только вот волчья.
Штабные офицеры носились как угорелые с бумагами.
