Жанр
Война на Дунае тяжело задерживает читателя. Десятки раненых и солдат приближаются к госпиталю, где главный врач Егоров суетится, стараясь обезболить всех как можно быстрее. В этом жутком поле боя, полных тел и крови, дыхание становится сильнее.
Полковые командиры начали выходить из шатра, и барон попросил задержаться Егорова.
– Это тебе пакет, Алексей, – Генрих Фридрихович протянул плотную, хорошо провощённую бумагу, когда они остались одни. – Там приказ о выделении трёх рот твоего полка в твоё личное командование. И там же разрешение действовать этим отрядом самостоятельно. Зная Голицына, вовсе даже не удивлюсь, что он тебя постарается подле себя удержать. Иван Фёдорович тот ещё хозяин, рачительный, всё в свои цепкие, загребущие руки, что к нему попадёт, прижимает.
– Так точно, ваше превосходительство, отряд поручика Воронцова его обнаружил, – подтвердил Егоров.
"– Вот, правильно, – кивнул барон. – Вёрстах в восьми восточнее Исакчи на перекрёстке трёх дорог занимаемое ими село стоит. И с него остатки султанской гвардии выпускают свои дозоры для объезда реки. Но самая главная их задача даже не в этих объездах, а в охране знамени крепости Измаил, спасённого ими при штурме. Только благодаря нему они своих голов не лишились, и берегут его теперь беслы как зеницу ока. Ну а зачем же туркам знамя той крепости, которую мы у них штурмом взяли, Алексей? Совсем оно им ни к чему.
– Понял, Генрих Фридрихович, спасибо вам, – глухо поблагодарил своего покровителя Егоров. – Для меня и моих егерей это важно. Будьте уверены, теперь уж мы не упустим волков.
– Очень надеюсь, – кивнул фон Оффенберг. – Но для меня главное – это всё-таки Измаильский стяг. Ладно, мне идти к Репнину на доклад нужно, вот-вот уже де Рибас должен пожаловать. Ох и характер же у испанца, я тебе скажу, Егоров. Вот кому фельдмаршальский жезл-то в пору.
