Жанр
Война на Дунае тяжело задерживает читателя. Десятки раненых и солдат приближаются к госпиталю, где главный врач Егоров суетится, стараясь обезболить всех как можно быстрее. В этом жутком поле боя, полных тел и крови, дыхание становится сильнее.
Вот и получится по семь-восемь стрелков на каждую цель. Сектора мы с вами разметили, расставляйте по ним своих людей. Через четверть часа начинаем.
Развалины конюшен, сараев и других хозяйственных построек ещё чадили дымным пламенем, и под его прикрытием ползли к дому штурмовые пятёрки.
По окнам ударили стрелки. С десяток самых умелых егерей взмахнули ременными пращами, и к дому полетели шипящие и исходившие густым дымом шашки. Поняв, что творится неладное, беслы попробовали было стрелять в этот стелющийся рукотворный туман.
Огнен раздул огонёк и зажёг фитиль на одной гренаде, подпалил его на другой и одну за другой закинул их в ближайшее окно. Внутри здания грохнуло, и он, поднявшись с земли, бросился вперёд. Два товарища подставили спины, и капрал заскочил по ним в окно как по ступенькам. Бам! – выстрелил он в вынырнувшую в проём двери чёрную фигуру. Бам! – разрядил он второй пистоль в поднявшегося с пола посечённого осколками беслы.
– В сторону! Гренада пошла! – крикнул Шилкин Аким и закинул в проход шипящий ручной снаряд. Во всём доме грохотали выстрелы и взрывы гренад."
"Огнен выхватил тесак, ещё один пистоль и перебежал из комнаты вовнутрь дома. У входа в большую комнату лежали два окровавленных трупа беслы. Огнен заскочил вовнутрь и увидел два посечённых осколками флага. С высоких, прислонённых к стене древков свисали чёрное и красное полотнища с вышитыми на шёлке серебром и золотом письменами и полумесяцами.
– Есть знамёна! – крикнул Огнен, бросаясь вперёд. Краем глаза он заметил сбоку какое-то движение и, разворачиваясь на ходу, вскинул пистоль. Буквально на доли секунды его опередил лежащий за печкой оглушённый взрывом беслы. Пуля ударила егеря в сердце, и он умер, даже ещё не успев упасть.
– А-а! – в комнату с рёвом ворвались трое волкодавов и пристрелили убийцу.
Прошло несколько минут, в подвале грохнул последний взрыв, ставя окончательную точку на гарнизоне дома, и всё стихло.
– Проверяйте село, Тимофей Захарович, – приказал командиру дозорной роты Егоров, – чтобы никто на чердаках или в сенниках не затаился. И пошли пару десятков людей к мосту, что-то на душе у меня как-то маятно. Пусть оглядятся там у реки, да и засаду усилят.
