А наш партизанский отряд, похоже, теперь станет многочисленнее».
Через минуту Семенов вернул наушник искателю, совсем отвязал его от кедроклена и буднично позвал:
— Пошли! Мы с ним, — Семенов кивнул на Веселова, — в овраг, а вы с Валти — за остальными. И рюкзак мой не забудьте, пожалуйста!
— Не забудем! — пообещал Скотч и только сейчас сообразил, что рация в опущенной руке уже с минуту издает монотонное: «Шеф! Ты где? Шеф!» — голосом Хиддена.
Скотч поднес рацию к губам.
— Тут я! — сказал он. — Ты в порядке? Все спокойно?
— Спокойно. Я в порядке.
— Тогда дуй в лагерь, снимаемся. Все, до связи.
— Понял.
Хидден отключился. Полминуты — и рукотворная крепость в зарослях полисаула опустела.
Флот «Евразия», группа флотов «Доминион»
Глубокий космос— Лейтенант Хмелевой, сэр! — доложил визитер.
— Проходите, садитесь, — пригласил адмирал Хемерсбрандт. Он старался говорить дружелюбно, хотя вот такие визиты офицеров в невысоких чинах к командующему флотом были, мягко говоря, нетипичны.
— Благодарю. — Лейтенант по-военному четко промаршировал по ковру и уселся на привинченный к палубе стул.
— Что у вас? — поинтересовался адмирал, решив не тратить время попусту.
Параллельно он вызвал в видеокуб данные по офицеру, который сейчас сидел напротив.
«Хмелевой, Виктор Юрьевич, канонир шестнадцатой батареи. Окончил училище на Венере, во флоте девять лет. Четырнадцать поощрений, два взыскания. Шесть боевых вылетов». «Странно, — подумал адмирал. — Девять лет выслуги, шесть боевых, куча поощрений — и до сих пор канонир. И всего лишь лейтенант. Давно пора повысить. Хотя бы до командира батареи».
Лейтенант вдруг без разрешения встал, приблизился к столу; Тим Хемерсбрандт невольно напрягся. Рука заученно скользнула к неприметной нише под столешницей, где специальным сенсором активировались скрытые парализаторы.
Но кисть, уже коснувшаяся кнопки, замерла. Хмелевой показывал адмиралу небольшой круглый жетон с двумя латинскими буквами — «CQ». Убедившись, что адмирал увидел жетон, лейтенант так же спокойно и невозмутимо взгромоздился на стул.
Руки адмирала вернулись к терминалу. Он набрал секретный код и получил доступ к менеджеру суточных паролей. Прочел сегодняшний и требовательно уставился на Хмелевого. Тот взглядом указал на включенный референтский селектор.
Пришлось отключиться от внешнего мира."
"— Ай-ти-семь-эс-икс-два-эф-вэ, — негромко, с преувеличенной артикуляцией сказал лейтенант. Пароль был назван верно.
— Слушаю вас, — сказал адмирал.
— Капитан Фокин, внешняя разведка, — представился «канонир».
Теперь стало понятно, почему этот парень до сих пор торчит на младшей офицерской должности. Так удобно разведке, а в дела ребят из разведок вмешиваться не принято.